Они спускаются с насыпи и идут в лес. Дробыш замечает, что Вере тяжело идти на высоких каблуках, в длинной шинели. Он протягивает ей руку, и она принимает его помощь. Так они ждут еще некоторое время, выходят на дорогу. Поваленная ольха преграждает им путь.
— Подождем наших! Вы устали...
Оии садятся и молчат. Сколько минут они ждут, неизвестно. Солнце пробивается сквозь листья, и трава в старых колеях сверкает, как зеленый бархат. Дробыш больше не в силах молчать.
— Игнат беспокоится о нас,— говорит он.— А мне очень хочется вернуться в Крушинск с победой и пожать руку Игнату.
Вера молчит. И вдруг в привычную лесную музыку врываются голоса, ветви деревьев раздвигаются, и бородатые люди окружают их. Вера поражена и не знает, что подумать. Но тут к ней бросается Мирра и радостно обнимает ее.
— Вот они! Вот они! — говорит она, целуя Веру.
Мужчины пожимают им руки, расспрашивают, сами рассказывают о недавнем сражении: здесь, на переезде, уничтожен патруль, на восток от города партизаны начисто разбили итальянский отряд, железная дорога взорвана на всех направлениях.
За разговорами Вера не заметила, как вышли они на широкую поляну, миновали выгон и очутились на деревенской улице. На всем — и на толпе хлопцев и девчат, которые присоединяются к ним, и на шумной детворе, что бежит впереди,— лежит отпечаток вольной жизни. Контраст этой людной деревенской улицы с городом, который она только что оставили, сильно поразил Веру. И ей показалось на минуту, что все пережитое за эту ночь только тяжелый сон...
— Здесь нет ни одного фашиста! — долетели до нее чьи-то слова.
Потом были встречи. Назарчук наклонился над ее рукой, а она не удержалась и поцеловала его в голову. Борис Шац со смущенной улыбкой рассказал о том, что закончил свою симфонию и уже дважды исполнял ее перед товарищами, и они сказали — хорошо. Андрей крепко пожал ей руку, и в добрых серых глазах его она уловила сочувствие и внимание.
Комментарии к книге «Трудная година», Борис Михайлович Микулич
Всего 0 комментариев