«Когда мы встретились»

«Когда мы встретились» Шей Шталь

Переводчик: Мирослава М (главы 1-24), Дмитрий С (главы 25–42)

Редактор: Виктория К (главы 1-24), Татьяна С. (главы 25–42)

Обложка: Виктория К

Вычитка и оформление: Больной психиатр и Татьяна С.

“Whiskey’d My Way” — Morgan Wallen

“Cover Me Up” — Morgan Wallen

“I Hope You’re Happy Now” — Carly Pearce and Lee Price

“You Should Probably Leave” — Chris Stapleton

“Somebody’s Problem” — Morgan Wallen

“Tequila Does” — Miranda Lambert

“Till There’s Nothing Left” — Cam

“Quittin’ Time” — Morgan Wallen

“Half a Song” — Cody Johnson

Или придумаешь. Я никогда не был хорошим рассказчиком, но вот моя история.

— Папочка!

Я не мог дождаться, когда мои дети скажут «папочка». Теперь, каждый раз, когда они это говорят, в мою голову приходит мысль: «Ну что за хрень там опять?». Если у вас есть дети, то вы понимаете, что я имею в виду. Если еще нет, но вы задумываетесь о рождении ребенка, то когда-нибудь меня поймете.

Я провожу рукой по лицу, так как ворочаюсь в постели уже третий раз за ночь.

— О боже! — мычу я невнятно и почти сваливаюсь с моей очень удобной кровати, в которой не спал крепко последние три года. В каком возрасте дети спят всю ночь? Я сейчас чертовски серьезен. Честно спрашиваю, потому что моим детям три и пять, и я не думаю, что высыпался с тех пор, как они родились.

Добро пожаловать в мир папы.

Парни, слушайте внимательно. Я дам вам бесплатный совет. Подумайте о нем, прежде чем перепихнуться с кем-то. Если вы хотите спать глубоким сном, то продолжайте дрочить своей проклятой рукой. По крайней мере, она будет вам верна.

Это не преувеличение от плаксивого мужчины, который, когда заболевает простудой, как я сейчас, думает, что это конец света. Это говорит двадцатичетырехлетний отец-одиночка, который работает на ранчо и в ремонтной мастерской, и в среднем спит четыре часа в сутки. Я вас уже предупредил, но добавлю еще, что в числе моих супергеройских способностей следующее пункты: я знаю наизусть каждую строчку из большинства песен Тейлор Свифт (к сожалению, я научился наслаждаться ее музыкой); смотрю мультфильм «Монстры на каникулах», по крайней мере, раз в неделю и делаю довольно приличный конский хвостик, пока моя трехлетняя дочь кричит «караул», потому что «я ее убиваю».

— Папочка! — Еще один крик разносится по дому.

Тяжело вздыхаю, провожу руками по лицу и скидываю ноги с кровати.

— Я иду! — Натягиваю спортивные штаны и поднимаю свое больное тело с кровати. Мои ноги касаются холодного деревянного пола, который скрипит, когда я встаю. Опускаю глаза, бросаю вожделенный взгляд на кровать, прежде чем потянуться к дверной ручке.

Наверное, вы перепугались, что моей дочери приснился страшный сон, и она нуждается во мне. Ха. Если бы. Просто подождите. Рядом с моей спальней, в нашем очень маленьком доме, находится комната моей дочери. У меня двое детей. И, судя по всему, у Бога есть чувство юмора, потому что они обе девочки. Если вы посчитаете, то поймете, что я облажался. Слава богу, у меня есть оружие. И я планирую использовать его на любом парне, который скажет им «давай встретимся в сарае».

Поверьте мне. Я чрезмерно заботливый, упрямый и считаю, что на ужин каждый день нужно есть мясо с картофелем. Также я ненавижу овощи. Любого вида. На случай, если вам это интересно.

Но все это не имеет значения, потому что сейчас середина ночи, и я не хотел вставать. Я хочу спать. К сожалению, я, скорее всего, уже не смогу уснуть до конца ночи. И скажу почему. Потому что я захожу в соседнюю комнату.

Среди форта из одеял, слишком толстого коврика, который, я думаю, был сделан из конского волоса, к несчастью, находится Севин, которая зовет меня, выглядя совершенно испуганной.

— Помоги мне!

Сев, самая младшая и озорная. Она может показать фигу, нахмурив брови, а в следующий раз растопит ваше сердце своими яркими глазами и мило надутыми губами. К тому же она импульсивная, хитрая, неаккуратная, разливает все, помешана на Хэллоуине и на прочих жутких вещах. Я не имею в виду, что она хочет нарядиться принцессой и ходить по домам, собирая конфеты. Я говорю, что, скорее всего, она будет в образе дьявола со светлыми кудрями. Боюсь, что она вырастет тем странным ребенком, который красит губы черной помадой и густо подводит глаза, с которой вам было бы страшно разговаривать. Вы видели этот фильм «Колдовство» (Прим. пер. «Колдовство» (англ. The Craft) — мистический триллер 1996 года режиссёра Эндрю Флеминга.)? Я думаю, что мой ребенок — один из тех проблемных подростков, который попал в тело трехлетнего ребенка.

Вы подумаете, что из-за ее одержимости всеми ужасными вещами, мало что может ее испугать. К сожалению для меня, это не совсем правда. Пауки? Сев их любит, думает, что они домашние животные. Змеи? Бегает за ними и хочет с ними дружить. Она не боится ничего, что ползает, летает, несется или шевелится.

Что она ненавидит?

Быть в ловушке. У нее сильная клаустрофобия. Быть запелёнатым, как младенец, — это прямо камера пыток для этого ребенка. В таком случае она бы плакала еще сильнее. По этой причине я и нахожусь в ее комнате, наблюдая вышеупомянутую сцену.

Отодвигаю в сторону одеяло, которое закрывает потолочный светильник.

— Что случилось?

Когда она замечает меня в мягком розовом свечении гирлянд, висящих на потолке под одеялом, ее взгляд безумен. Не обращайте внимания на опасность возникновения здесь пожара. Дети не думают об этом дерьме, и когда ваши девочки хотят прибить одеяло к потолку, вы исполняете их желания. Почему? Потому что они сведут вас с ума, пока вы этого не сделаете. Кроме того, есть высокая вероятность, что я слабак.

Сев начинает плакать сильнее, слезы катятся по ее ярко-красным щекам.

— Тссс. Ты разбудишь свою сестру. — Прижимаю пальцы к ее губам и пытаюсь освободить ее от кучи одеял, в которые она каким-то образом завернулась, но она продолжает ёрзать. — Все в порядке. Почему ты плачешь?

— Я хочу писать! — вопит она. Севин Рэй Грейди… драматична. Вы, вероятно, можете сказать это, посмотрев на любого ребенка, который находится в дурном настроении. Все имеет большое значение. И она на сто процентов мой клон. Точная копия от внешнего вида до личности.

Я пытаюсь ее распутать, но она завернута, как чертов буррито. (Прим. пер. Буррито — мексиканское блюдо, состоящее из мягкой пшеничной лепёшки (тортильи), в которую завёрнута разнообразная начинка, к примеру, рубленое мясо, пережаренные бобы, рис, помидоры, авокадо или сыр.)

— Как у тебя так получилось?

Она сердито тычет пальцем в верхний ярус кровати, а затем пинает его в придачу.

Я мягко хватаю ее за ногу и качаю головой.

— Прекрати это.

Мои дочки не ладят между собой. Девочки дерутся? Это происходит каждый день. У меня есть брат Морган. Я не припомню, чтобы так дрался с ним, как дерутся Кэмдин и Севин. Они мстительны, коварны, и их всё бесит. Они также злопамятны. Если Сев разозлила Кэмдин два месяца назад, то Кэмдин будет помнить это в течение следующего года.

Если Морган выводил меня из себя, когда я был маленьким, то в ответ я мочился на его кровать. А когда Морган злился на меня, то он бил меня кулаками. Мы в расчёте.

Девочки? У них столько драмы. Может, потому что они почти одного возраста, понятия не имею. Скорее всего, потому, что вы не найдете двух более разных девочек. Сев — чертенок, который прячется за своими кудрями, и она бывает милой, когда этого меньше всего ожидаешь, а Кэмдин — ангел с рогами под нимбом.

Я ни черта не знаю о девушках. Меня вырастил ковбой, у которого не было времени на драму. Он учил нас вставать до восхода солнца, туго завязывать ботинки и работать до изнеможения. Если ваши руки не кровоточат, значит, вы недостаточно много работаете.

Сев пристально смотрит на мое лицо, когда я распутываю ее, и медленно моргает.

— Ты не знаешь, каково это — быть в ловушке.

Я смотрю на нее, медленно моргая, как делает она.

— Ох, ошибаешься, я знаю.

Она понятия не имеет, о чем я говорю. Улыбаюсь и перетаскиваю ее через себя. Маленькими шажками Сев бежит в ванную. Я благодарен, что она приучена к горшку, потому что с меня хватит подгузников. Я их ненавидел.

— Ты спустила воду в туалете? — спрашиваю, помогая ей лечь в постель.

— Нет. — Конечно, нет. Вернувшись в кровать, она шмыгает, потирая нос. — Я не могу дышать.

Закатываю глаза и укладываю ее обратно только для того, чтобы она снова скинула одеяло, как будто это оскорбление личности.

— Дыши через рот, Сев.

— Я не могу, — она снова плачет. Эта королева драмы много плачет. — Мое тело так не работает. — Она драматично шмыгает носом, чтобы доказать свою точку зрения. — Я дыСу носом.

Печально то, что она искренне верит в это. Еще она думает, что у нее два горла. Одно для еды, одно для разговоров. Я еще не сказал ей, что это неправда.

Она держит меня за руку.

— Спи, папочка.

Вот сейчас она мило надувает губы, как я рассказывал ранее.