«Аберраты. Предупреждение Ведьмы»

Джозеф Дилейни

Аберраты. Предупреждение Ведьмы

Глава 1: Старая Нэлл

Крафт остановился, сердце его дрогнуло от страха, во рту пересохло. На белом снегу виднелись красные следы, как будто владелец этих когтистых лап наступил в лужу крови.

Пытаясь справиться с ужасом, он пошел дальше, пока не достиг могилы – черного надгробия, окруженного голыми деревьями.

Черная почва могилы была недавно потревожена. Сомнений не было: именно здесь обитала мертвая ведьма. Именно здесь она спала, распухшая от крови. Именно здесь было ее тайное убежище.

Ее имя было высечено на могильной плите:

«СТАРАЯ НЕЛЛ»

Крафт глубоко вздохнул и приготовился уходить. Он нашел этого аберрата. Его задача была выполнена, в дальнейшем, с ней будут разбираться вооруженные курьеры.

Но когда он обернулся, не было никакого утешительного синего круга, показывающего ему путь к отступлению обратно в замок. Врата уже погасли. Он был заперт в ловушку в Шолле.

Вдруг из могилы донесся какой-то шум. Скользящий, сосущий, хлюпающий звук. Почва пришла в движение. Что-то медленно пробиралось наверх - когтистая рука ведьмы, подергивающаяся от голода. Серая и бородавчатая, она вылезла сквозь землю до самого локтя. Рука корчилась, открываясь и закрываясь, как будто что-то искала. К ней присоединилась вторая рука, за которой быстро последовали голова и плечи старой Нэлл.

Ее длинные седые волосы были покрыты черной могильной слизью и суглинком, внезапный запах гниющей плоти наполнил воздух. Ее лицо было покрыто морщинами, самая глубокая линия - вертикальная борозда между плотно закрытыми глазами. Затем она широко раскрыла рот. У обеих челюстей было по три ряда острых зубов: это был хищник, который питался сырой плотью и пил теплую кровь.

У Крафта кровь застыла в жилах. Наконец старая Нэлл открыла глаза и посмотрела прямо на него. Он хотел бежать, но ее безжалостный взгляд приковал его к месту.

Когда она потянулась к нему, то заговорила, ее голос был что-то между рычанием и хрипом:

- Вот чего ты заслуживаешь!

А потом она бросилась на него.

Крафт проснулся с тяжелым вздохом, его сердце забилось еще быстрее, чем в том кошмаре. Он сел на постель, но страшный сон все еще не покидал его полностью. Казалось, что слова ведьмы были сказаны прямо ему в левое ухо. Как будто она была в комнате, склонившись над ним, пока он спал.

Возможно, это был всего лишь сон, но сама ведьма была слишком реальной. Крафт вспомнил, что она говорила нечто подобное ему, когда была жива. Он и его друзья, Донна и Лаки, спустились по темным ступеням подземелья в камеру, где была заключена ведьма. Там ужасно пахло, и там было пусто, если не считать груды чего-то похожего на грязные тряпки посреди комнаты.

Затем, увидев торчащую ногу, Крафт понял, что это ведьма, старая Нэлл. Она была прикована цепью к кольцу, вделанному в пол. Затем груда тряпья медленно приподнялась, открыв морщинистое лицо, глаза, похожие на крошечные коричневые пуговки, и копну седых волос, испачканных грязью.

Друзья интересовались ею, но их визит прошел не очень хорошо; она прокляла их троих:

- Пусть ты получишь, то что заслуживаешь!

Ну и чего же он заслужил? Крафт задумался. Быть схваченным и съеденным мертвой ведьмой, как она обещала в его ночном кошмаре? Чего же Лаки заслуживает? Может быть, он тоже умрет в Шолле, как и многие другие привратники? Что же касается бедной Донны, то она уже была мертва. Неужели она заслужила такую смерть?

Вздрогнув, Крафт выбрался из постели и подошел к окну. Было еще совсем светло, но когда он посмотрел вниз с холма на мощеные улочки Ланкастера, то увидел край Шолла, черный занавес, поднимающийся от земли высоко в небо.

Старая Нэлл была повешена, но ходили слухи, что другие ведьмы отнесли ее тело в Шолл, где люди были убиты или изменены – хотя некоторые из мертвых были возвращены к жизни там. Так вот что случилось со старой Нэлл?

Неужели его сон был не просто кошмаром?

Может быть, это было предупреждение?

Это утро, у Крафта и Лаки, как обычно началось с инструктажа. Их работа была опасной, и чем больше ты знаешь о страшном Шолле, тем больше шансов остаться там в живых.

Шолл был похож на туман, который распространялся уже около семидесяти лет. Большинство форм жизни, пойманных внутри, умирали очень быстро. Некоторые выжили и превратились в смертельно опасных чудовищных хищников, которых называли аберратами. Северный край Шолла уже достиг Ланкастера: он пересек канал, угрожая сердцу города и самому замку.

А Ланкастерский замок был тем местом, где базировалось основное сопротивление. Здесь команда людей, изучала Шолл, пытаясь узнать, как можно больше о нем. Там были баффины, мансеры, курьеры и многие другие специалисты; самые низшие из них, привратники, вроде Крафта и Лаки, которые образовывали передовую линию и стояли перед самой большой опасностью в борьбе с Шоллом. Они помогали мансерам и выходили в Шолл, чтобы собрать образцы или получить другую полезную информацию. Крафту было тринадцать, а Лаки на год старше. Их шансы дожить до следующего дня рождения были очень малы.

Их сегодняшний инструктаж состоял только из вопросов и ответов, но это было лучше, чем ничего, и на их нетерпеливые вопросы отвечала Летиция Кромптон-Смит. Несмотря на свой юный возраст, она была самой яркой и лучшей из всех баффинов замка, но в настоящее время она работала привратником, чтобы лучше изучить Шолл.

Летиция была чуть старше Крафта и Лаки. Ее волосы были очень коротко подстрижены, и хотя выражение ее лица обычно было серьезным и вызывающим, но изредка, когда она выдавала редкую улыбку, ее лицо смягчалось во что-то гораздо более привлекательное и приветливое. Хотя она была намного выше их по рангу, теперь она была их другом и позволяла им называть ее по прозвищу – Лиза.

У всех троих были прозвища. Пита Праудфута называли Лаки, хотя Крафт и не знал почему. Крафт - тоже было прозвищем; его настоящее имя было Колин. Родители подарили его ему, когда он был совсем маленьким. Вместо того чтобы ползти, он нашел хитроумный способ переворачиваться и переворачиваться, чтобы дотянуться до чего-то, что ему было нужно.

Теперь же он внезапно понял, что хочет задать вопрос Лизе: он вспомнил кое-что из своего сна.

- У многих аберратов, есть три ряда клыков в верхней и нижней челюстях. Такое может быть только у тех, кого изменил Шолл, или у воскресших тоже может быть три ряда клыков? - спросил он.

- Пока все указывает на то, что у тех, кого вернул к жизни Шолл, нет клыков, как у других опасных хищников, - ответила Лиза, - но они все еще могут нуждаться в сырой плоти и свежей крови для пропитания.

Так почему же старая Нэлл так выглядела в моем сне? Крафт задумался – хотя и знал, что сны не всегда следуют логике бодрствующего мира.

Он только открыл рот, чтобы задать еще один вопрос, как его прервали.

Дальняя дверь приемной открылась, и на пороге появился главный мансер. Он был одет в черное платье, а его лицо, было еще больше мрачным, чем обычно. Крафт понял, что случилось что-то плохое.

- Простите, что прервал ваш утренний инструктаж, - объявил он. - Давайте все спустимся в мой кабинет – и побыстрее.

- Это что, чрезвычайная ситуация? - Спросила Лиза.

- Разумеется, Мисс Кромптон-Смит. Экскурсия уже идет!

Лиза слегка вздохнула. Крафт гадал, что это за экскурсия, но прежде чем он успел спросить, главный мансер повернулся на каблуках и вышел из комнаты.

Все трое немедленно вскочили на ноги и натянули шинели. В Шолле было очень холодно. Одного этого может быть достаточно, чтобы умереть там.

Крафт последовал за Лизой и Лаки вниз по лестнице в кабинет главного мансера. Имбирь Боб пригласил Лизу войти.

- Бенсон и Праудфут, подождите минутку снаружи, пока я введу в курс дела Мисс Кромптон-Смит! - сказал он, закрыв дверь прямо перед их лицами.

- А что такое экскурсия? - Крафт спросил Лаки.

- Это когда что-то мерзкое покидает Шолл и входит в дневной мир, - ответил он.

Крафт как раз гадал, что же это за странное явление, когда его внимание привлек серебряный молоток на двери главного мансера. Он был похож на узкий собачий череп, но с двумя рогами.

- Ты когда-нибудь сталкивался с такой штукой? – спросил он Лаки.

Лаки покачал головой и усмехнулся.

- Я тоже нет, и не хотел бы! - Затем, нахмурившись, он продолжил: - Интересно, что такого может сказать Имбирь Боб, что не подходит для наших ушей? Мы всегда узнаем все последними!

Имбирь Боб было прозвищем главного мансера, это было связано с его привычкой делиться имбирным печеньем с привратниками, которые успешно завершали задание, работая с ним.

Крафт улыбнулся своему другу. Лаки проработал на этой должности на три месяца дольше него – немного, но любой опыт был ценен в их работе. У Лаки не хватало двух пальцев на левой руке – результат обморожения, перенесенного в Шолле. Нос у него тоже был сломан, расплющенный набок. Крафт никогда не спрашивал его, как он получил эту травму.

Никто из них больше не произнес ни слова. Крафт нервно ждал, во рту у него пересохло, а сердце учащенно забилось в предвкушении. Несомненно, Лаки чувствовал то же самое, подумал он.