«Миссия в Венецию»

Картер Ник

Миссия в Венецию

Ник Картер

Миссия в Венецию

перевел Лев Шкловский в память о погибшем сыне Антоне

Оригинальное название: Mission to Venice

РИМ, февраль. (Рейтер) - Сегодня ночью в северной части Адриатического моря пропал американский реактивный бомбардировщик, предположительно несущий атомную бомбу. Самолет совершал обычный рейс с базы на юге Австрии на другую базу в Испании. Последняя связь машины была с гражданской радиостанцией в Триесте. Это был обычный вопрос о погоде. Насколько известно, очевидцев авиакатастрофы нет. Представители ВВС США на местах отказались от комментариев, за исключением того, что если бы у машины была атомная бомба на борту, то она не была бы заряжена...

В Париже было холодно. Снег лениво падал хлопьями возле роскошного отеля «Крильон», но Ник Картер не заметил снега; шелковые шторы в его номере были задернуты, и он целовал Жоржетту. Это был, подумал Киллмастер, когда ее теплые, влажные губы прильнули к его губам, а ее острый маленький язычок дразнил его, отличный способ начать новый день. Жоржетта Дюкло была восхитительной секс-машиной. Вы нажали кнопку — в данном случае все, что вам нужно было сделать, это поцеловать маленькую заостренную грудь — и ее мотор начал гудеть. Был только один способ остановить двигатель Жоржетты — обнять ее.

Внезапно Жоржетта оттолкнула Ника и посмотрела на него узкими зелеными глазами. "Николас Картер, ты еще не сказал, что любишь меня!" Ее английский был с густым французским акцентом.

На ней была только пижамная куртка Ника, застегивающаяся на одну пуговицу, и она выглядела как красивая кукла. Жоржетте было всего двадцать лет, и она была сексуально развита не по годам даже для француженки. Ник знал ее много лет, с тех пор, как она была долговязой девчонкой с длинными ногами и прыщами, и он не видел ее давным-давно, до вчерашнего вечера. Он пил на ночь в кафе на Монмартре, когда она появилась из ниоткуда рядом с ним, вся взрослая и красивая. Жоржетта покинула свою собственную компанию и собиралась позже забраться в его постель.

Ник снова притянул ее к себе. — Je te trouve tres jolie, — пробормотал он в ее ароматные светлые волосы.

Она снова начала отстраняться, но он удержал ее на сгибе сильной руки. — Это не то же самое, — выдохнула Жоржетта. «Конечно, я красивая. Так говорят даже глупые парни. Но я хочу, чтобы ты любил меня, Ник. Действительно любил меня.

Ник Картер со вздохом отпустил ее. Кем бы они ни были, старыми или молодыми, всегда так и оказывалось такими. Они хотели услышать, что их любят. Киллмастер был не без недостатков — но он не врал. За исключением осуществления своей профессии.

Он взволнованно посмотрел на потолок, устремил взгляд на одного из резвящихся путти — в Крийоне все было в высшей степени рококо — и постарался не засмеяться. Он поднял правую руку и посмотрел в глаза Жоржетте.

— Я не могу лгать тебе, дорогая. Я не люблю вас. Я никогда не любил женщину. Я не могу сделать это. Это старое семейное проклятие Картеров. Нам не позволено никого любить. Ложиться спать: да. Очень нравятся: нет. Очень грустно.'

Жоржет подозрительно посмотрела на него. Пижамная куртка распахнулась, обнажив девичью грудь с крошечными сосками клубничного цвета. Она прикусила полную нижнюю губу. "Ты большой дурак!"

Ник улыбнулся. — Несомненно, любовь моя.

Она присела рядом с ним и подпрыгнула на матрасе.

«Me trouves tu sympiqueque?»

Ник усмехнулся. 'Рассчитывай на это. Je t'aime beaucoup. Ты мне очень нравишься, Жоржетта. Ты милый. Ты еще и горячая девственница, и мне кажется, надо просто покончить с этим, пока…

Девушка сделала некрасивое лицо. «Как так девственница? Что это значит?'

Неважно, детка. Оденься и исчезни. И будем надеяться, что твой отец или жених никогда не узнают. Это может вызвать международный инцидент, а моему боссу это не понравится». Отец Жоржетты был видным членом дипломатического корпуса, а ее нынешний жених — у нее их было несколько — был атташе президента Франции.

'Нет' — твердо сказала девушка. — Я не буду одеваться — еще нет. Она откинулась на Ника своим гибким телом. Она обвила стройной стройной ногой его мускулистые бедра и начала целовать его.

'Я тебя люблю, Ник!'

В дверь осторожно постучали.

'Мерде' — сказала Жоржетта. 'Уходите. Аллезвус и!"

«Энтрез», — сказал Ник Картер. Он натянул на них простыни. Вошла пожилая горничная с подносом с накрытой посудой. — Ваш заказ, мсье.

— Хорошо, — сказал Ник. « Положите его туда, хорошо? Он подмигнул надутой девушке. — Видишь ли, я даже делюсь с тобой своим завтраком.

Горничная поставила поднос на кровать с ничего не выражающим лицом. Что это? Все американцы были сексуальными маньяками, а эти молодые девушки - ах!

Она быстро прошла через комнату, нагнувшись, чтобы подобрать юбку, желтые штаны, чулки, пояс. Она положила их на стул и подошла к двери. — Не надо еще что-нибудь из услуг, м-сье?

Ник сказал с набитым круассаном ртом: «Нет. Спасибо.' Жоржетта выглядела взбешенной.

Горничная закрыла дверь, но не ушла сразу. Она стояла, прижавшись ухом к двери, и на ее неприметном старческом лице было тоскливое выражение. Молодость. Любовь. Mon Dieu - это длится так недолго!

В комнате зазвонил телефон, и она услышала, как мужчина ответил. Симпатичный зверюга, этот парень. Какие мускулы! Она слушала его голос, бодрый и приятный, но с каким-то прохладным оттенком, доносившийся из-за тонкой двери.

— Картер — о, доброе утро, босс. Ну нет, сэр. Не то чтобы один. Какая? Но, сэр, я только что пришел. Да-да, я знаю. Я всегда рискую...

Тишина. Затем она услышала, как он сказал тихим голосом: «Перестань, детка. Не сейчас. Это работа.

Затем: «Хорошо, сэр. Я лечу следующим самолетом. До свидания, мистер.

Щелчок опускаемого рожка. Девушка спросила: «Ты возвращаешься в Штаты, Ник?»

'Да. Я возвращаюсь в Штаты, черт возьми... Немедленно. Немедленно! Одевайся, детка, и выходи. Может быть, я увижу тебя снова и...

«Нет! Еще нет. У нас еще есть время, чтобы...

— У нас нет времени, Жоржетта. Когда босс свистнет, я иду. Это важная вещь, видите ли. Beaucoup d'urgent. Много денег.'

'Мне все равно. У нас еще есть время для любви.

'Не надо.'

Раздался стук и звон падающей посуды и столовых приборов. Горничная вздрогнула. Поднос упал или был брошен.

Она услышала крик девушки.

«Je vous aime, Ник! Je t'aime... '

В Вашингтоне шел сильный снегопад, и прогнозировался сильный холод, но в тускло освещенном конференц-зале было тепло и душно. Киллмастер слегка вспотел, сидя рядом со своим боссом Хоуком, слушая подробности операции «Морской монстр». Эта комната использовалась только для «совершенно секретных» встреч и брифингов, и Ник не совсем понимал, где он находится. Он и Хоук в сопровождении вооруженного часового прошли через серию лифтов, которые вели в подвал с лабиринтом коридоров. Ник подозревал, что он где-то в бомбоубежище под зданием Государственного департамента.

Перед большой освещенной картой в конце длинной темной комнаты стоял подполковник с указкой в руке. Острие упиралось в северную часть Адриатического моря между Венецией и Триестом. "Примерно в ста десяти милях от побережья," сказал начальник. Он постучал по карте палкой. «Наш самолет и бомба где-то там, на дне. Отмели, желоба, песчаные отмели, барьеры, что угодно, все это есть. Самолет упал на прошлой неделе, и мы пока не смогли его найти. Конечно, мы должны быть очень осторожными, и это мешает нам — мы не хотим вызвать панику».

Невоенный, занимавший три места от Ника, сказал: «Нет. Нехорошо оставлять там наши старые атомные бомбы. И говоря о панике, итальянцы…

Начальник резко прервал его. — Это не наша территория, сэр. Пожалуйста, без политики. Это обзор прогресса, вот и все.

Адмирал фыркнул. "Отсутствие прогресса больше похоже на это".

Позади Хоука вмешался высокопоставленный чиновник ЦРУ. — Что именно делается , коммандер? Я имею в виду: новые процедуры или что-то в этом роде?

Начальник выглядел усталым. Он достал из кармана чистый носовой платок и вытер лысеющую голову. — Делается все, что в человеческих силах, сэр. Над ним работают три разные команды — ВВС, ВМФ и итальянцы. У нас есть вертолеты с инфракрасной пленкой, пытающиеся измерить радиоактивность. Военно-морской флот имеет около дюжины кораблей. К нам прибыли двухместные подводные аппараты и батисферы, а также специалисты для их обслуживания. Мы проводим секретные тесты на радиоактивность в прибрежных районах. Слава богу, нигде нет и следа!

Другой человек в штатском спросил: «Действительно ли существует опасность радиации?»

Начальник снова вытер лоб. «Всегда есть какая-то опасность. На данный момент она минимальна, но это может измениться. Зависит от многого - от реальных обстоятельств крушения, возможного повреждения корпуса бомбы, воздействия воды, кучи факторов. Мы просто еще не знаем.

Генерал сказал: «Это будет прекрасная пропаганда для русских, если они узнают. Они, конечно, ещё не знают, что бомба упала, но когда они узнают, у нас не будет ни малейшего представления, что они будут делать.

— Это не должно просочиться, — отрезал начальник. «Мы пытаемся сделать так, чтобы это выглядело как совершенно нормальная спасательная операция».