«Москва»

Картер Ник

Москва

Ник Картер

перевел Лев Шкловский

Посвящается памяти погибшего сына Антона.

Лунный свет сиял на озере Мид на востоке. Я стоял перед окном, высоко над остальным миром, слушая грохот, гудение и гудение снизу. Даже здесь, в отеле, шум Лас-Вегаса не был подавлен. За толстыми стенами действительно становилось немного слабее, но у вас не было возможности забыть, где вы были - веселая столица мира. 'Ник? Ник, ангел, ты встал? Позади меня зашуршали простыни. Хотя я не зажег лампу, в окно падало достаточно лунного света, чтобы увидеть длинные ноги Гейл, двигающиеся под простыней.

«Иди спать», - прошептал я. «Я чего нибудь выпью». Она издала протестующий звук. Простыни снова зашуршали, и ее длинное, стройное, обнаженное тело вышло из постели. Она с полузакрытыми глазами двинулась ко мне. Она снова издала протестующий звук. Когда она была рядом со мной, она сначала прижалась лбом, а затем носом чуть ниже моего плеча, между моей шеей и моей рукой. Она смущенно повернула голову набок и тяжело прислонилась ко мне. Она испустила долгий, глубокий вздох удовлетворения. «Возьми меня, пожалуйста», - сказала она голосом маленькой девочки.

Кубики льда упали в мой пустой стакан. Обняв ее за плечи, я повел ее обратно в кровать. Сначала она села, потом растянулась на спине. Я посмотрел на нее и увидел, как лунный свет отражается на пышных изгибах и мягких впадинах.

Гейл Блэк была участницей девичьей ревю-группы в Лас-Вегасе. Каждую ночь они и еще сорок девять красивых молодых женщин одевались в дорогие костюмы с перьями и танцевали. Когда я впервые увидел это, меня поразило, что кто-то смог найти столько пар красивых ножек и поставить их в ряд.

Я встретил Гейл в отеле. Я шел на завтрак и остановился на мгновение, чтобы бросить четверть доллара в торговый автомат. Последовал звук колес, затем щелчок тормозного колеса, чуть позже еще один щелчок, а при третьем щелчке раздался звук падающих денег. Теперь у меня было шесть четвертей доллара.

Картер Ник

Москва

Ник Картер

перевел Лев Шкловский

Посвящается памяти погибшего сына Антона.

Лунный свет сиял на озере Мид на востоке. Я стоял перед окном, высоко над остальным миром, слушая грохот, гудение и гудение снизу. Даже здесь, в отеле, шум Лас-Вегаса не был подавлен. За толстыми стенами действительно становилось немного слабее, но у вас не было возможности забыть, где вы были - веселая столица мира. 'Ник? Ник, ангел, ты встал? Позади меня зашуршали простыни. Хотя я не зажег лампу, в окно падало достаточно лунного света, чтобы увидеть длинные ноги Гейл, двигающиеся под простыней.

«Иди спать», - прошептал я. «Я чего нибудь выпью». Она издала протестующий звук. Простыни снова зашуршали, и ее длинное, стройное, обнаженное тело вышло из постели. Она с полузакрытыми глазами двинулась ко мне. Она снова издала протестующий звук. Когда она была рядом со мной, она сначала прижалась лбом, а затем носом чуть ниже моего плеча, между моей шеей и моей рукой. Она смущенно повернула голову набок и тяжело прислонилась ко мне. Она испустила долгий, глубокий вздох удовлетворения. «Возьми меня, пожалуйста», - сказала она голосом маленькой девочки.

Кубики льда упали в мой пустой стакан. Обняв ее за плечи, я повел ее обратно в кровать. Сначала она села, потом растянулась на спине. Я посмотрел на нее и увидел, как лунный свет отражается на пышных изгибах и мягких впадинах.

Гейл Блэк была участницей девичьей ревю-группы в Лас-Вегасе. Каждую ночь они и еще сорок девять красивых молодых женщин одевались в дорогие костюмы с перьями и танцевали. Когда я впервые увидел это, меня поразило, что кто-то смог найти столько пар красивых ножек и поставить их в ряд.

Я встретил Гейл в отеле. Я шел на завтрак и остановился на мгновение, чтобы бросить четверть доллара в торговый автомат. Последовал звук колес, затем щелчок тормозного колеса, чуть позже еще один щелчок, а при третьем щелчке раздался звук падающих денег. Теперь у меня было шесть четвертей доллара.