«Оборотни»

Хиллерман Тони

Оборотни

Skinwalkers

перевод Льва Шкловского

Посвящение

Эта книга посвящена Кэти Гудвин, Урсуле Уилсон, Фэй Биа Кноки, Биллу Глойду, Энни Кан, Роберту Бергману и Джорджу Боку, а также всем людям медицины, навахо и белагана, которые заботятся о Людях. Моя благодарность доктору Альберту Риццоли за его доброту и помощь, а также руководителей за хорошую работу слишком часто недооцененной службы здравоохранения индейских земель.

Примечание автора

Тех, кто читает это про навахо с картой Большой резервации рядом с ними, следует предупредить, что Бэдуотер-Уош, его клиника и торговый пост так же вымышлены, как и люди, которые их населяют. То же самое и с Шорт-Маунтин. Я также использую неортодоксальную форму существительного навахо для обозначения шамана / знахаря / певца, которое обычно пишется как «хатаали». Наконец, мой хороший друг Эрни Бюлоу правильно напоминает мне, что более традиционные шаманы не одобрили бы как то, как Джим Чи был приглашен для прохождения Пути Благословения, упомянутого в этой книге (такие меры следует делать лично, а не письменно), так и то, что Чи рисует песком на земле под небом. Такой священный и мощный ритуал следует проводить только в хогане.

Посвящение

Примечание автора

Мы, навахо, понимаем, что Койот всегда ждет там, вне поля зрения. А Койот всегда голоден.

КОШКА вошла в маленькую дверцу в нижней части двери, она издала щелкающий звук. Незначительно, но достаточно, чтобы разбудить Джима Чи. Чи то засыпал, то просыпался, беспокойно поворачиваясь на узкой кровати, неловко прижимаясь к металлическим трубам, которыми крепилась алюминиевая обшивка его трейлера. Этот звук достаточно разбудил его, чтобы понять, что простыня неловко запуталась вокруг его груди.

Он разобрал постельное белье, все еще наполовину погруженный в тревожный сон о том, как он запутаться в веревке, которая нужна ему, чтобы овца его матери не перебежала край чего-то неопределенного и опасного. Возможно, неприятный сон вызвал беспокойство по поводу кошки. Что за ней гналось? Что-то пугающее для кошки - или для этой конкретной кошки. Что-то угрожало Чи? Но через мгновение он полностью проснулся, и беспокойство сменилось счастьем. Придет Мэри Лэндон. Голубоглазая, стройная, очаровательная Мэри Лэндон вернется из Висконсина. Осталось подождать еще пару недель.

Обусловленность Джима Чи - традиционный навахо - заставила его отбросить эту мысль. Все в меру. Он подумает об этом позже. Теперь он думал о завтрашнем дне. На самом деле, сегодня, так как должно быть далеко за полночь. Сегодня он и Джей Кеннеди пойдут и арестуют Рузвельта Бисти, чтобы Бисти можно было обвинить в некоторой причастности к убийстве - возможно, в убийстве. Работа не сложная, но достаточно неприятная, чтобы Чи снова сменил тему своих мыслей. Он подумал о кошке. Что привело его внутрь? Может быть, койот. Или что? Очевидно, кошка считала это угрозой.

Кошка появилась прошлой зимой, обнаружив себе в чем-то вроде логова под можжевельником к востоку от трейлера Чи - местом, где нижняя часть трейлера, валун и ржавая бочка образовывали замкнутый тупик. Он стал для нее знакомым, хотя и подозрительным соседом. Весной у Чи появилась привычка оставлять обрезки со стола, чтобы накормить её после сильного снегопада. Затем, когда таяние снега закончилось и наступила весенняя засуха, он стал наливать ей воду в банку из-под кофе. Но эта вода привлекала других животных и птиц, и иногда они ее переворачивали. Итак, однажды днем, когда делать было совершенно нечего, Чи снял дверь, вырезал из ее нижней рамы прямоугольник размером с кошку, а затем прикрепил фанерный клапан, используя кожаные петли и чудо-клей. Он сделал это по прихоти, отчасти для того, чтобы посмотреть, можно ли приучить сверхосторожную кошку пользоваться им. Если бы кошка это сделала, она бы получила доступ к колонии полевых мышей, которые, казалось, переселились в трейлер Чи. И проблема с водой была бы решена. Чи немного беспокоила вода. Если бы он не начал вмешиваться, природа пошла бы своим чередом. Кошка спустилась бы по склону и обнаружила бы себе логово поближе к Сан-Хуану, которое никогда не было сухим. Но вмешался Чи. А теперь Чи застрял с иждивенцем.

Первоначально интерес Чи был простым любопытством. Когда-то, очевидно, кошка кому-то принадлежала. Теперь она была худой, с длинным шрамом на ребрах и вырванным клочком меха на правой ноге, но все еще носила ошейник и, несмотря на свое состояние, выглядела чистокровной. Он описал её женщине из зоомагазина в Фармингтоне - хороший мех, тяжелые задние лапы, круглая голова, заостренные уши; напомнает рысь, и, как у рыси, у неё был просто обрубок хвоста. Женщина сказала, что это, должно быть, мэнкс.

«Чьё-то домашнее животное. Люди всегда берут с собой домашних животных в отпуск, - сказала она неодобрительно, - а потом они не заботятся о них, кошки выходят из машины, и на этом им конец. Она спросила Чи, может ли он поймать его и принести, «чтобы кто-нибудь позаботился о ней».

Чи сомневался, сможет ли он поймать кошку, и не пытался. Он был слишком традиционным навахо, чтобы беспричинно вмешиваться в дела животных. Но ему было любопытно. Может ли такое животное, животное, выведенное и выращенное белым человеком, вызвать в себе достаточно своих охотничьих инстинктов, чтобы выжить в мире навахо? Любопытство постепенно сменилось случайным восхищением. К началу лета животное накопило мудрость своей рубцовой тканью. Оно прекратило попытки охотиться на луговых собачек и сосредоточилось на мелких грызунах и птицах. Оно научилось прятаться, или убегать. Оно научилось терпеть.

Оно также научилось приходить к банке с водой в трейлер Чи, вместо того, чтобы совершать долгий спуск к реке. В течение недели кошка пользовалась заслонкой, когда Чи отсутствовал. К середине лета она начала приходить, когда он был дома. Сначала она напряженно ждала у ступеньки, пока он не отошел от двери, нервно следя за ним, пока она пила, и с первого же движения выскочила через створку. Но теперь, в августе, кот практически не обращал на него внимания. Он заходил внутрь ночью только однажды - загнала стая собак, которые выгнали его из берлоги под можжевельником.

Чи оглядел трейлер. Слишком темно, чтобы увидеть, куда пропала кошка. Он отодвинул простыню и опустил ноги на пол. Через сетчатое окно возле своей кровати он заметил, что луна зашла. За исключением далекого северо-запада, где оставались останки грозовой тучи, небо было ярко освещено звездами. Чи зевнул, потянулся, подошел к раковине и выпил горсть воды из-под крана. В воздухе пахло пылью, как и несколько недель назад. Гроза поднялась над Чускасом ближе к вечеру, но переместилась на север через границу Юты в Колорадо, и ничто вокруг Шипрока не помогло. Чи налил еще немного воды и плеснул ей в лицо. Он предположил, что кошка стоит за мусорным баком прямо у его ног. Он снова зевнул. Что привело её внутрь? Несколько дней назад он видел следы койота вдоль реки, но ему нужно было ужасно голодать, чтобы охотиться так близко от его трейлера. Никаких собак сегодня вечером, по крайней мере, он их не слышал. И собак, в отличие от койотов, было достаточно легко услышать. Но, вероятно, это были собаки или койот. Наверное, койот. Что еще?

Чи стоял у раковины, опираясь на нее, снова зевая. Снова в постель. Завтра будет неприятно. Кеннеди сказал, что будет у трейлера Чи в 8 утра. и агент ФБР никогда не опаздывал. Затем долгая поездка в Лукачукай, чтобы найти человека по имени Рузвельт Бисти и спросить его, почему он убил старика по имени Дугай Эндочини мясным ножом. Чи был полицейским из племени навахо уже семь лет - с тех пор, как он окончил Университет Нью-Мексико - и теперь он знал, что ему никогда не научиться любить эту часть работы, это каким-то образом иметь дело с больными умами. это никогда не вернет их к гармонии. Федеральный способ вылечить Бисти заключался бы в том, чтобы доставить его к федеральному судье, предъявить ему обвинение в убийстве в федеральной резервации и запереть его в тюрьму.

А, ну, подумал Чи, большая часть работы ему нравилась. Завтра он вытерпит. Он подумал о счастливых временах, проведенных в Краунпойнте. Мэри Лэндон преподает в начальной школе. Мэри Лэндон всегда рядом. Мэри Лэндон всегда готова выслушать. Чи расслабился. Через мгновение он вернется в постель. Сквозь окно он мог видеть только скопление звезд над черным пейзажем. Что там было? Койот? Застенчивая девушка Бено? Это обратило его мысли к противоположности застенчивой девушки. Женщина благосостояния. Женщина благосостояния и инцидент с неправильным началом. Это воспоминание вызвало восторженную, напоминающую ухмылку. Ирма Онесолт звали женщину-благотворительницу, работницу племенной службы социального обеспечения, жесткую, как шорно-седельную кожу, злобную, как змею. Выражение ее лица, когда она узнала, что они вытащили не того Бегая из клиники Бэдуотер и оставили на полпути через резервацию, было для него ценным образом. Теперь она была мертва, но это произошло далеко к югу от района Шипрок, вне юрисдикции Чи. А для Чи образ Ирмы Онесолт не сделал столько, сколько могло бы уменьшить радость от инцидента «Неправильное начало». Говорили, что они никогда не узнают, кто стрелял в «Женщину всеобщего благосостояния», потому что каждый, кому когда-либо приходилось с ней работать, был бы логичным подозреваемым со здравым мотивом. Чи не мог припомнить встречи с более неприятной женщиной.