«Лагерь»

…За последние сто тридцать девять лет визиты гостьи участились. Порог переступали как по расписанию. Раз в неделю — обыкновенное дело. Пол прогибался, ходил ходуном. Ели беспокойно шумели. Звуки смешивались в какофонию, болезненную и устрашающую для живого уха. Гостье, однако, пугающие отклики леса совсем не мешали. Наоборот, придавали сил. Значит, не всё потеряно, остатки мощи припасены до лучших времен.

Лучшие времена грозились появиться не в лучший момент.

За последний год энергия улетучивалась со скоростью света. Тело слабело, дрожало, отвергало кожу, как инородный материал. Неимоверная несправедливость! Почему расплата за грехи непременно настигает и почему таким ужасным путем?

«Я же молюсь», в замешательстве подумала девушка, зайдя в хижину и освятив крестом грудь. «Почему молитвы не работают? Господи, ответь мне хоть раз!».

Господь молчал.

— За что? — крикнула гостья. — За что?

Эхо проснулось в могильной тишине и откликнулось писком: За что?! За что?!

— Лексей… — прошептала гостья. — Каков ты, Лексей?

Она отбросила подол платья и присела на громоздкий деревянный стол, торчащий посреди маленькой комнатушки, как больной зуб. И выбросить жалко, и нужды нет. Здесь было достаточно хлама. Например, колченогая табуретка, украденная из соседней деревни. Шкаф, по виду ровесник Троянской войны. И кровать у дальней стены, аккурат напротив бесполезной деревянной гаргары. На изголовье сквозь мелкие окна проливался мягкий и умиряющий, укачивающий свет.

Появление лучей солнца пришлось очень кстати. Неохота шастать среди сырых деревьев в попытках узнать, что же затевается неподалеку.

С недавнего времени в лесу усилился шум. Что-то жужжало, как сотня рассерженных пчел, громыхало, лязгало и урчало. Изредка появлялись ряженые и ворочали оранжевыми головами: что бы еще снести? Деревья стоически держались до последнего, отгоняя недругов лапами. Тогда люди заходили с другой стороны. И айда жужжать по новой, вонзая зубчатые лезвия в древесную плоть.

Девушка приподнялась на локте и выглянула в окно. Ничего нового. Тот же пейзаж. Нечего ожидать чудес. Небось эти, в чудных одежах, забрели не по адресу. Ничего страшного. От них избавиться проще простого. Да, чудес явно не бывает. Почему же зов сердца подсказывает другое?