«Деревянный дом, деревянная кукла [СИ]»

Пострадал и дом Вуича. Взрывом разрушило крышу, выбило окна, сломало навес над крыльцом. Часть деревянной обшивки растащили на дрова.

Оккупация продолжалась двадцать восемь месяцев. За это время город превратился в развалины, от его былой красоты не осталось и следа.

В мае 1944 года особняк вновь увидел своего знаменитого хозяина. Толстой приехал в Пушкин вместе с членами Чрезвычайной Государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фа-шистских захватчиков и, конечно, побывал на Пролетарской улице у дома, в котором прожил восемь лет.

Началась работа по восстановлению города. Дом Вуича тоже отремонтировали: частично перестроили второй этаж, перенесли вход, деревянные стены отштукатурили и покрасили. Зимой здесь размещалась База отдыха Главной водопроводной станции Ленинграда, а летом — детский сад этой же станции.

Дом был частично разрушен во время Великой отечественной войны

Надежды и сны старого дома

Дом после восстановления. 50-е годы XX века

Сейчас дом пустует. Окруженный палисадником и про-зрачной металлической оградой он стоит на небольшом возвышении в центре квартала. Раскидистая крона старой липы прикрывает обветшалый, облупившийся фасад.

Дом дожидается реставрации. Он живет надеждой на то, что когда-нибудь опять распахнутся его высокие двери, принимая многочисленных посетителей и гостей. И летними белыми ночами под шелест густой листвы, а, может, в зимнюю непогоду под завывания студеного ветра слышатся дому удивительные голоса.

Вот раздается строгий приказ красавицы-куклы с фарфоровой головой и железным характером: «Мальчики, ступайте немедленно мыться и чистить зубы!» Ему вторят печальные вздохи Пьеро, переходящие в бессвязное глупое бормотание. Но все прочие звуки перекрывает дробный стук деревянных подошв по ступеням лестницы и заливистый смех.

— Это я — Буратино!