«Как слониха упала с неба»

Как слониха упала с неба (fb2) - Как слониха упала с неба (пер. Ольга Александровна Варшавер) 310K (книга удалена из библиотеки) скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Кейт ДиКамилло

Кейт ДиКамилло

КАК СЛОНИХА УПАЛА С НЕБА

Перевод с английского

Ольги Вартавер

_{Глава 1}

В конце позапрошлого, то есть девятнадцатого, века на ры-

ночной площади города Балтиза стоял мальчик. На голове

у него была армейская зимняя шапка, а в руке монетка. Звали

мальчика Питер Огюст Дюшен. Монета - как и шапка - принад-

лежала не ему, а его опекуну, старому вояке по имени Вильно

Луц, который послал мальчика за рыбой и хлебом.

В тот день на рыночной площади среди обычных, ничем не

примечательных лотков, где торговали рыбой, тканями, бул-

ками и серебряными украшениями, откуда ни возьмись, без

фанфар и особого предупреждения появился красный шатёр.

К шатру был приколот лист бумаги, а на нём небрежно, на

скорую руку, кто-то написал:

Слова дразнили и пьянили - у Питера аж дух захватило от

щедрости обещанного...

Он перечитал объявление. Разжал ладонь. Взглянул на мо-

нетку: один флори.

- Нет, нельзя, - остановил он себя. - Нельзя, и всё тут. Вильно

Луц спросит, куда делись деньги. И мне придётся врать, а это

последнее дело. Так и воинскую честь потерять можно.

Питер положил монету в карман. Сдёрнул с головы шапку

и тут же нахлобучил её снова. Отошёл на пару шагов от шатра,

но затем вернулся и застыл как вкопанный, перечитывая слова.

Дерзкие, чудесные слова...

- Мне надо узнать, - сказал он себе и вынул из кармана

флори. - Я хочу знать правду. И я узнаю её во что бы то ни

стало. Только про деньги врать не буду, чтобы сохранить хоть

половину чести.

Питер вошёл в шатёр и отдал монету гадалке.

Даже не взглянув на мальчика, она проговорила:

Один ответ стоит один флори. Ты понял, что получишь

ответ только на один вопрос?

Понял, - произнёс Питер.

Он ступил в тусклое пятно света, проникшее в шатёр через от-

кинутое полотняное окошко, и покорно протянул прорицатель-

нице руку. Она стала пристально её рассматривать, двигая глазами

туда-сюда, словно считывала прямо у него с ладони множество

мелко написанных слов - целую книгу о Питере Огюсте Дюшене.

- Хм, - сказала она наконец и, выпустив руку мальчика,

с прищуром взглянула ему в глаза: - Впрочем, что с тебя взять?

Ты же ещё ребёнок.

Мне десять лет, - возразил Питер. Сняв с головы шапку,

он вытянулся, стараясь казаться как можно выше. - И я учусь

на солдата, буду верным и бесстрашным. Не важно, сколько

мне лет. Вы ведь взяли флори, значит, должны ответить на

мои вопрос.

Каким-каким ты будешь? Верным и бесстрашным? - пере-

спросила гадалка со смешком и сплюнула прямо на земляной

пол. - Ну что ж, раз такое дело, спрашивай, солдатик. Верный

и бесстрашный.

Питера вдруг охватил ужас, даже дыхание перехватило.

А что, если он не выдержит правды, которую хотел выяснить

столько лет? Вдруг она ему на самом деле не нужна?

Говори же, - велела гадалка. - О чём хотел спросить?

Мои родители... - прошептал Питер.

Это твой вопрос? Умерли они, умерли.

У Питера задрожали руки.

- Нет, у меня другой вопрос. Я знаю, что они умерли. А вы

должны мне сказать что-то, чего я не знаю. Про... про...

Гадалка прищурилась:

-Ах, про неё! Про сестру? Такой у тебя вопрос? Что ж,

слушай. Она жива.

Сердце Питера уцепилось за последние слова и принялось

повторять их на все лады: «Жива. Жива. Она жива!»

- Нет, погодите! - Питер закрыл глаза. Сосредоточился. -

Если она жива, я должен её найти. И вопрос мой такой: как туда

попасть - туда, где она?

Он ждал, не открывая глаз.

^{- Слониха, - произнесла гадалка.}

^{- Кто? - Питер опешил. Он даже открыл глаза, решив, что}

_{ослышался.}

- Ты должен пойти за слонихой, - объяснила гадалка. - Она

тебя приведёт.

Сердце Питера, встрепенувшееся было от радости, мед-

ленно, уныло опустилось на своё законное место. Он надел

шапку.

Вы надо мной пошутить вздумали, - проворчал он. - Тут

у нас никаких слонов нету.

Верно говоришь. Нету тут сейчас слонов. Это чистая

правда. Но разве ты не замечал, что правда сегодня одна,

а завтра уже другая? - Гадалка вдруг подмигнула Питеру: - По-

годи, сам увидишь.

Питер вышел из шатра. Небо было серое, день мрачный, но

люди вокруг весело болтали и смеялись. Лоточники зычно за зывали покупателей, галдели дети, а посреди рыночной пло-

щади стоял нищий с чёрной собакой и пел песню о сером небе

и мрачном дне.

И ни одного слона или слонихи в поле зрения.

Только упрямое сердце Питера не желало успокаиваться.

Снова и снова выстукивало оно два простых, но несбыточных

слова: «Она жива, она жива, она жива».

Неужели правда?

Нет, этого просто не может быть. Потому что это означает,

что Вильно Луц соврал, а ведь это неблагородное, совсем недо-

стойное дело для солдата и уж тем более для офицера, для ко-

мандира, который всем и во всём пример. Значит, Вильно Луц

соврать не мог. Конечно, не мог.

Или мог?

- Ах, всё обман, обман на этом свете, - пел нищий. - Вокруг

зима и холод ледяной. Никто за ложь не хочет быть в ответе, но

^{истина изменчива порой...}

- Уж не знаю, где тут истина, - раздумывал Питер вслух. -

Но врать я не собираюсь. Я скажу Вильно Луцу, на что потратил

^{деньги.}

Он расправил плечи, натянул на уши шапку и пустился в об-

ратный путь - в доходный дом, где располагались меблиро-

ванные комнаты «Полонез».

День тем временем угас, наступили сумерки, и постепенно

землю окутал мрак. Питер шёл и думал: «Гадалка врёт. Нет,

это Вильно Луц врёт. Нет, это гадалка врёт...» И так всю до-

рогу.

Наконец он добрёл до дома и начал медленно-медленно

подниматься по лестнице. Они с Вильно Луцом ютились на

чердаке, под самой крышей, поэтому ступенек было много,

и Питер, переставляя ноги, повторял: «Он врёт, она врёт, он

^{врет, она врет».}

Старый вояка ждал его в своём кресле у окна, на коленях у

него был развёрнут план военных действий. В комнате едва те-

плилась одна-единственная свечка, и огромная тень Вильно

Луца подрагивала на стене.

Долго ходишь, рядовой Дюшен, - сказал старик. - И вер-

нулся ты, похоже, с пустыми руками.

Сэр... - Питер снял с головы шапку. - Я не купил ни рыбы,

ни хлеба. Я отдал монету прорицательнице.