– Вот решение мирового судьи о расторжении брака. Оно вынесено … – он достал из стопки листок, вгляделся, – девятого июля сего года. То есть, четыре месяца назад. Вопрос. Продолжала ли она после этого писать…? А?
Николай Анатольевич молчал.
– И что писала? Может, уведомила, что между вами все кончено…? А может, она не знала, что вынесено решение о расторжении брака? Да нет же, указано, что присутствовала на заседании. Хочешь глянуть?
Он помотал головой. Короткий текст решения изучил досконально. На это обстоятельство не обратил внимания. Однако, так просто соглашаться с доводами не спешил.
– Это все Юрий Захарко. Он перехватил переписку, слал радиограммы от имени Игоря Антоновича, моего главбуха. От нее тоже…, наверное.
– Допустим. Теоретически такое может быть. Только ты, вроде, говорил, что звонил ей из Шереметьево. Что она тебе ответила…? Я полагаю, то же, что и в радиограммах. Жду, люблю, приезжай. Или твой юрист телефонный разговор также перехватил?
Ответить было нечего. Николай Анатольевич поежился. Ему стало зябко.
– Теперь предлагаю выяснить, – продолжил Федор Иванович, – что было раньше, яйцо или курица? Ты считаешь, причиной развода стала ревность из-за фотографии и статьи в газете? Так?
– Не обращают внимания на мелочи, – со вздохом произнес Федор Иванович. – Ведь в них, как говорится… Эта газетка вышла шестого июля. Решение о расторжении брака датировано девятым. Спрашивается, могла ли она за три дня получить развод? А?
– Можно допустить, что фотографию она видела до публикации. Самое раннее, середина июня, когда тебя в райцентр вызывали. Следовательно, узнать о существовании снимка твоя жена могла не более чем за три недели до суда. Вроде, логично, если не знать судейского делопроизводства. По делам о разводе, когда один из супругов против, суд обязан дать сторонам до трех месяцев на примирение. Обычно дают два, чтобы месяц в запасе. Кстати, в твоем решении это указано. Два месяца. Опять зададимся вопросом. Что было вначале, копрометирующий снимок, или подача заявления в суд? Статейка в газете, это причина, или предлог?
Комментарии к книге «Окопов. Счастье на предъявителя», Сергей Владимирович Карнеев
Всего 0 комментариев