«Вера и упование»

Хазон Иш

Вера и упование

 (Эмуна

увитахон)

Автор перевода — р. Пинхас Перлов

Душа жаждет проникнуть в тайну свою и корни свои познать, — но заперты

ворота…

Часть I

1

Душевное качество, именуемое верой, — это тонкая склонность, свойство

утонченной и изысканной души. (Вообще, к вере как к таковой

способны самые разные люди; автор говорит здесь о душевных качествах, которые

являются предпосылкой к вере наиболее возвышенной, совершенной, питаемой опытом

глубоких внутренних переживаний. Прим. перев.)

Если человек обладает нежной и чувствительной душой, и в покое — наслаждение

его, и не терзает его голод вожделений, и глаз его любуется зрелищем выси небес

и бездн земли, — тогда он потрясен и взволнован, — ибо мир предстает перед ним

как сокрытая волшебная тайна. Тайна эта окутывает его сердце и мозг, и вот — он

почти лишается чувств, и духа жизни в нем не остается… Лишь

к тайне той устремлены все помыслы его, — душа тоскует разгадать ее, и он готов

идти за то в огонь и в воду… Ибо что ему вся его жизнь, если она со всем своим

очарованием ускользает совершенно от него, и душа его, кружа в печали, жаждет

проникнуть в тайну свою и корни свои познать, — но заперты ворота…

И тот, в ком утонченная, чувствительная душа, весь он — открытая рана. Ибо многое узрело сердце его из виденного им под солнцем, из всех

явленных ему ясных картин, что мир пред ним выстроен по плану и изначальному

расчету, — как будто некий мудрый инженер вычерчивал план мира прежде его

сотворения, встречая преграды на каждом шагу, и тогда необоримая воля к

творению, владевшая им, устраняла все преграды, одну за другой. И сколь

же великолепно зрелище, и сколь чудесно устройство человека! Увидел замысливший

его, что не сможет человек, — венец творенья из всего, что есть под солнцем, —

жить, не зная во всех деталях, чем наполнен мир вокруг него, будь то неживая

природа, растения и все прочие предметы, и без этого знания не сможет

существовать сложнейшая «машина», называемая человеком. И изобрел тогда Творец

особое устройство, такое, что посредством света отображаются в нем все

предметы, наполняющие мир, каждый своим особенным образом. И определил Творец

таким двум устройствам место на лице человеческом, одному — с правой стороны, а

другому — с левой, и мы называем их «правый глаз» и «левый глаз».

И сколько мудрости заложено в строении глаза — не насытится глаз наш

созерцать ее, а ухо — слышать! И поколение за поколением прибавлять будут

мудрые к знанию, а разумеющие — к пониманию сокровищниц мудрости, сокрытых в

устройстве глаза, но до конца никогда не дойдут…

2

Н о какой смысл видеть мир, если творение

это, называемое человеком, лишено будет силы движения, и не сможет сдвинуть

никакую вещь с ее места? Обратил на то Творец внимание свое,

и сделал человеку две руки — правую и левую, и разделил каждую руку на части

посредством многих суставов, и каждая часть вращается в своем суставе,

способная к движениям легким и быстрым, и оканчивается каждая рука пятью

пальцами, поделенными на суставы и обладающими чувством осязания, способным

различать холодное и горячее, сухое и влажное, мягкое и твердое, — все

соответственно потребности обеспечить нужды жизни в этом мире.

Но зачем человеку все, о чем сказано, — даже если даны уже ему глаза видеть и руки — ощупывать, если сам он не может сдвинуться с

места? И дал ему его Творец пару ног, чтобы ходить ими по земле, и все он

сделал наилучшим образом, с мудростью и пониманием, знанием и разумом.

Но чем помогут человеку глаза его, руки и ноги, пока они мертвы и нет в них

души? И вдохнул Творец ему в нос дух жизни, неуловимый и

таинственный для нас; но — свидетели мы, сыны человеческие, что он есть — живой

и сущий, и если он есть — есть и мы, из бытия его — и наше бытие; и мы его

зовем «нефеш», «руах», «нешама» (различные уровни и аспекты понятия «душа».

Прим. перев). И все, что относится к душе, мы ощущаем как бы издали, интуитивно, но нет у нас знания сути

подобных вещей.

И многое еще есть в теле человека такого, что пленяет

глаз и приводит в восторг сердце, из органов его и всех его частей,

предназначенных, чтобы удержать дух жизни в материальном теле:

взаиморасположение костей и мышц, течение крови в артериях, — и вместе все это

составляет жизнь; а кровь — это «нефеш» (нижний уровень души). Но с момента

сотворения человека непрочно его существование, ибо жизнь его зависит от

постоянного питания, обновляющего в нем кровь. И потому предусмотрела Высшая

мудрость при сотворении мира, что будет в мире хлеб, виноградный плод и

оливковое масло, плод земли и дерево плодоносное — неисчислимых видов. И все

они полны живительных сил, способных питать человека, нести ему здоровье,

укреплять его кости и оживлять его душу на этой земле. И удостоился человек

узреть истинные чудеса мудрости в строении растений разных видов,

свидетельствующие о Творце их и о его непостижимом разумении.

3

И вот перед нами зрелище, потрясающее каждого мудрого сердцем, — как

устроено все внутри человека, чтобы принять еду, и переварить ее, и разложить

на простые химические основания , и разослать их всех,

чтобы попало каждое в назначенное ему место. И познаем мы устройство всех

органов посредством мудрости, которой наделил Творец человека, — устройство

брюшной полости и желудка, печени и желчного пузыря, селезенки и почек, тонкого

кишечника и мочевого пузыря, сердца и мозга… И каждый

орган исполняет свою особую функцию, и все они работают дружно и с чудесной

сноровкой, и все вместе поддерживают должный состав крови, этап за этапом

изымая и внося в нее необходимое, балансируя состав красных и белых частей ее,

как это необходимо для существования машины, называемой человеком, и регулируют

количество сахара в крови, и все другие вещи, нуждающиеся в тончайшем

регулировании… А человек со своим сердцем, глупым и

бесчувственным, даже и не осознает, сколь многочисленное войско стоит на страже

его и трудится неустанно, чтобы оживлять его всечасно и поддерживать его

существование среди живых.

И одно из великих наслаждений мудростью, зримой в Творении, — вглядываться

в связь между жизнью и воздухом, наполняющим наш мир, с элементами, его

составляющими, — кислородом и углеродом. И для посредничества между человеком и

атмосферой предназначено легкое, состоящее из семи долей. И дана ему сила

дыхания, черпать из воздуха кислород — орошать сад и поле жизни, плоть и кровь,

кости и жилы, — и роль его почетна в строю всех прочих воинов, ведущих бой за

жизнь человека.

4

Увидел Творец, что невозможно течение жизни как должно без

общения человека с ближним своим, и мир, в котором все глухи и немы, лишен

всякого смысла, и хаос всемирный лучше его, — и сделал человеку особый механизм

для извлечения разнообразных звуков, и мы называем его ртом; и соответственно

ему сделал Творец другой механизм, чувствительный к тончайшим звукам, и он

называется ухом. И посредством рта и уха создался язык — средство разговора и

общения людей, и стал человек душой живою, душой говорящею.

Но

в чем же преимущество человека под солнцем, даже наделенного речью и чутким

ухом, пока он лишен сознания и разумения, подобно скотине, быку, жующему траву?

А ведь желанием Творца мира было создать его наделенным мудростью и поставить

главой над всеми творениями! И насадил Творец корень мудрости в мозгу и ростки

разума в сердце человека, чтобы мог он уразуметь все, что происходит под

солнцем. И всякий, кто обладает острым, проникающим умом и

может вырваться на время из потока событий материальной жизни, и приподняться в

мышлении, чтобы взглянуть сверху на жизнь мира, что внизу, — он увидит

мудрость, как она облеклась и соединилась с телом человека, вылепленным из

материи, и узрит в том одну из самых потрясающих загадок, и душа его замрет в

страстном желании познать свою тайну, — но далека она от понимания ее… Еще чудеснее зрелище превращений, которые претерпевает разум

— столь неопределимый в терминах тела, и нет у него размеров, длины и ширины, и

нет у него детства и старости, — как обретает он обиталище свое в материи, и

пока человек еще младенец — разум его соответствует этой стадии, а по мере

роста ребенка разум его растет вместе с ним, — и сколь чудесны пути разума, и

сколь неуловимы тропы мудрости, явившие собой основу человека как венца

Творения!

5

И

вот перед нами еще одна хорошо разработанная «программа», украшенная