«Любовь к жизни. Рассказы»

Джек Лондон

Любовь к жизни. Рассказы

Сопроводительная статья подготовлена А. Шевченко

© Облонская Р., перевод на русский язык. Наследник, 2021

© Нора Галь, перевод стихотворений. Наследники, 2021

© Гурова И., перевод на русский язык. Наследник, 2021

© Чуковский Д.Д, перевод на русский язык, 2021

© Чуковский Н.К., перевод на русский язык. Наследники, 2021

© Шевченко А.С., сопроводительная статья, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

Белое молчание

– Кармен не протянет, пожалуй, и пары дней. – Мэйсон выплюнул ледышку и с сожалением посмотрел на собаку. Потом снова взял ее лапу в рот, продолжая обкусывать намерзший меж пальцами лед.

– Никогда, знаешь, я не видал, чтобы собака с благородным именем была на что-нибудь годна!.. – сказал он, кончая это занятие и отбрасывая животное в сторону. – Они все какие-то чахлые и дохнут от слишком развитого чувства ответственности. Разве заболевают собаки с простенькими именами, вроде Кассияр, Сиваш или Хёски? Вот посмотри на Шукума, – он…

Тррах! Скелетообразный зверь сделал страшный прыжок, и его белые зубы промелькнули у самой глотки Мэйсона.

– А-а, чтоб тебя… – Затрещина по уху, удар кнута – и животное уже лежало в снегу, слабо взвизгивая, а желтая пена бежала у него изо рта. – Так вот я говорю: Шукум, сам-то он как будто еле волочит ноги, а вот увидишь, он съест эту Кармен. Не пройдет и недели, как съест.

– А у меня предложение как раз обратное, – отвечал Мельмут Кид, поворачивая замерзший хлеб, поставленный к огню. – Давайте-ка съедим лучше Шукума, пока он еще чего-нибудь не предпринял. Что ты скажешь на это, Руфь?

Индеанка поставила кофе на обломок льда и перевела глаза с Мельмута Кида на мужа и потом на собак. Она не сказала ничего. Все это были чересчур явные трюизмы[1], и говорить не стоило. Впереди двести миль непрерывного пути с жалким шестидневным запасом для них самих, а для собак – ничего. А другого выхода нет. Двое мужчин и женщина сгрудились у огня и принялись за еду. Собаки лежали в упряжке – это была дневная передышка – и с жадностью следили за каждым проглатываемым куском.