Так как меня только что приняли на работу в Международное Пресс–Агентство, ЮПИ, в Лос–Анжелесское отделение, в те годы самую мощную организацию, то я каждый день встречалась и брала интервью у знаменитостей и у известных кинозвёзд. В голосе Леса прозвучала растерянность и мне стало стыдно за свою минутную слабость, так как я знала, что Перрин был совершенно незнаком с тем, что происходит в Лос–Анжелесе тем более, что был полностью сражён непрекращающимся дождём в обычно солнечной Калифорнии. В мыслях пронеслось, что Лес близко знаком со всеми моими лондонскими друзьями–журналистами и вспомнилось, как он по–отечески отнёсся ко мне в прошлый мой визит в Англию:
— Где мне вас подобрать, Лес?
Вот так я познакомилась с Хендриксом, хотя ехать мне в тот момент никуда не хотелось.
Шины моего голубого Доджа–Дарта визжали по гладкому скользкому покрытию автострады на Анахейм, впереди было тридцать миль серого, мрачного ливня. Мы дымили сигаретами, и Лес веселил меня последними музыкальными новостями бурлящего Лондона. Наконец, прокрутившись по съезду с автострады, мы медленно свернули в сторону к Анахеймскому Дворцу Съездов. Он вмещает около восьми тысяч зрителей, поэтому стоянка была давно уже забита, и нам пришлось въехать чуть ли не за кулисы, остановившись у входа на сцену.
Я с трудом пробралась за спиной Перрина в переполненную артистическую, и он представил меня барабанщику Мич Мичеллу и бас–гитаристу Ноэлу Реддингу, двум довольно милым и любезными англичанам. Разговор зашёл о недавнем "Британском вторжении" — так называли возросшее в 60–х количество английских групп гастролирующих по Америке, и о пресс–конференции проведённой их группой на крыше одного из нью–йоркских небоскрёбов. Я смеялась, не переставая, над их шероховатыми шутками, особенно когда они прокомментировали наше "полетать".
Лес взял меня за руку и открыл дверь, там мы увидели Джими Хендрикса, на нём была шёлковая тёмно–фиолетовая рубашка, бархатные брюки и чёрная шляпа и бархатная же безрукавка, я никогда прежде не видела, чтобы поп–музыканты одевались с такой элегантностью. Хендрикс выглядел так, как если бы его только что снимали для обложки журнала Вог. Его лицо и его голос выдавали смущение:
— Всего лишь подстраиваю гитару, — произнёс он.
Комментарии к книге «Джими Хендрикс. Предательство», Шэрон Лоуренс
Всего 0 комментариев