«Апокалипсис наоборот»

Бутенко Вячеслав

Апокалипсис наоборот

Это был мой последний день. Сегодня я умру. И заведу себе римлянина.

— Проснись и поооой, мой дорогооой! — донеслось из динамика.

Будильники…. они никогда не звенят вовремя. Вот и сейчас искаженной электроникой голос, не попавший ни в одну ноту, вырвал меня из объятий сразу нескольких обворожительных актрис. Сон был что надо, я вам скажу. А ведь там баснословно богатого меня развлекали на берегу какого-то тропического острова! Жестокая реальность.

— Прекрасный деееень ждет нас с тобооой! — не унимался будильник.

Я повернулся на другой бок и не глядя метнул источник шума куда-то в стенку. Правда, когда сонный мозг начал соображать, пришлось с досадой распахнуть глаза. К счастью, телефон упал на сваленные в углу вещи и чудом не пострадал. Утро началось с тренировки сценической бранной речи, а объектом тренировки стал незадачливый певец. Правда, когда я понял, что на записи играет мой же собственный голос …. Окончательно проснулся я с легким чувством досады. Чемпионат по самым изощренным формам мазохизма я выиграл бы с легкостью.

— Мадонна местная, блин. И чего не поставил обычный раздражающий гудок? — спросил я сам у себя.

Вопрос был риторическим. Нет ничего более раздражающего, чем мое пение. Мне как-то говорили, что им можно людей пытать!

Не отказав себе в удовольствии поваляться еще пару минут, я с громким кряхтением оторвал пятую точку от насиженного места. Не то чтобы у меня были какие-то особенные планы на сегодня. Просто не получается уснуть, когда уже проснулся. Вот и приходится изображать из себя жаворонка, заодно обвиняя себя из прошлого во всех смертных грехах.

Пока сидел на кровати, успел еще немного продрать глаза, осматривая комнату. Она ничуть не изменилась с того момента, как я заснул. Ага, удивительно. Все те же стол, кровать и шкаф, купленные когда-то в Икее и перевезенные на дачу во время ремонта в городской квартире. Это, конечно, не советская мебель, но все же достаточно долговечная, чтобы не выбрасывать ее при первой возможности.

А ведь мне остались даже не дни. Часы. Хотя о таком никто не предупреждает. Смерть — это не прогноз погоды. Знал бы, где упаду…

Бутенко Вячеслав

Апокалипсис наоборот

Это был мой последний день. Сегодня я умру. И заведу себе римлянина.

— Проснись и поооой, мой дорогооой! — донеслось из динамика.

Будильники…. они никогда не звенят вовремя. Вот и сейчас искаженной электроникой голос, не попавший ни в одну ноту, вырвал меня из объятий сразу нескольких обворожительных актрис. Сон был что надо, я вам скажу. А ведь там баснословно богатого меня развлекали на берегу какого-то тропического острова! Жестокая реальность.

— Прекрасный деееень ждет нас с тобооой! — не унимался будильник.

Я повернулся на другой бок и не глядя метнул источник шума куда-то в стенку. Правда, когда сонный мозг начал соображать, пришлось с досадой распахнуть глаза. К счастью, телефон упал на сваленные в углу вещи и чудом не пострадал. Утро началось с тренировки сценической бранной речи, а объектом тренировки стал незадачливый певец. Правда, когда я понял, что на записи играет мой же собственный голос …. Окончательно проснулся я с легким чувством досады. Чемпионат по самым изощренным формам мазохизма я выиграл бы с легкостью.

— Мадонна местная, блин. И чего не поставил обычный раздражающий гудок? — спросил я сам у себя.

Вопрос был риторическим. Нет ничего более раздражающего, чем мое пение. Мне как-то говорили, что им можно людей пытать!

Не отказав себе в удовольствии поваляться еще пару минут, я с громким кряхтением оторвал пятую точку от насиженного места. Не то чтобы у меня были какие-то особенные планы на сегодня. Просто не получается уснуть, когда уже проснулся. Вот и приходится изображать из себя жаворонка, заодно обвиняя себя из прошлого во всех смертных грехах.

Пока сидел на кровати, успел еще немного продрать глаза, осматривая комнату. Она ничуть не изменилась с того момента, как я заснул. Ага, удивительно. Все те же стол, кровать и шкаф, купленные когда-то в Икее и перевезенные на дачу во время ремонта в городской квартире. Это, конечно, не советская мебель, но все же достаточно долговечная, чтобы не выбрасывать ее при первой возможности.

А ведь мне остались даже не дни. Часы. Хотя о таком никто не предупреждает. Смерть — это не прогноз погоды. Знал бы, где упаду…