«Полицейские с Рублевки в Стиксе»

Сергей Панченко

Полицейские с Рублевки в Стиксе

Любое скотство с реальными персонажами случайно.

Майор Яковлев прислушивался к затихающим звукам за дверью. Отдел, накануне Дня Защитника Отечества, пустел. Защитники спешили оставить Родину без присмотра. Он уже несколько раз переложил упругие папки с делами из тумбочки на стол и обратно, разложил на экране монитора несколько пасьянсов, из которых ни один не сошелся. Время никак не хотело двигаться. Замерло в каком-то особенном состоянии, как в теории относительности Эйнштейна. Для желудка, сигнализирующего о своей пустоте с каждой минутой все громче, оно летело. А для сознания майора время тикало в обратную сторону.

Кристина проболталась ему, что демон Измайлов со товарищи готовит ему сюрприз, корпоратив за городом, с шашлыками, санкционными продуктами, дорогим алкоголем, цыганами и медведями, как он любил. Зачем она проболталась, майор не понял, наверное, сделала это из какой-то неконтролируемой подлости, чтобы он помучился напоследок бесконечным ожиданием. С другой стороны Яковлев был рад, что коллектив так заботится о том, чтобы устроить ему сюрприз. Как бы он не относился к чудачествам Измайлова, стоило признать, за внешним декором откровенного мудака, сохранился человек, пытающийся показать свое уважение поступками.

— Был бы ты немым, цены бы тебе не было. — Так заявлял ему прямо в лицо Яковлев в кратковременные мгновения ненависти.

Организм невыносимо хотел есть, потому что мысленно Яковлев уже несколько раз произносил отрепетированный тост и проглатывал рюмку ледяной водки. Ему начало казаться, что у него появляется перегар и слегка туманится сознание. Майор даже решил перекусить шоколадкой, чтобы не упасть в голодный обморок.

Под окнами рыкнул десятком цилиндров мотор спортивной тачки Измайлова. Яковлев выглянул в окно и увидел счастливую рожу Гриши, лепящего из грязного снега снежок. Он понял, что этот баловень судьбы, не снизойдет до того, чтобы подняться в кабинет и пригласить его, как жеманную девицу пройти в автомобиль.

Снежок угодил в окно, чуть не разбив его.

— Володяаа! — Раздался разнесшийся эхом по двору голос Измайлова. — Выгляни в окно, там рыцарь, который приехал спасти тебя от дракона.

— Ты дурак что ли, Измайлов? Позвонить не мог? — Яковлев открыл окно и осмотрел его на предмет повреждений.

— Деньги кончились.

— Рад это слышать. Бедность снова вернет тебе человеческий облик.

— С праздником, Володь.

— Товарищ майор. — Поправил его Яковлев. — Для панибратства еще не было причин.

— Спускайся, товарищ майор, я как раз по поводу такой причины. И жвачку возьми, а то я выпил.

— Ты… — Яковлев ткнул себе в голову указательным пальцем, — ай, дебил, что с тебя возьмешь. — Произнес он негромко.

Измайлов лучился счастьем и легким коньячным амбре.

— Володя. — Полез он обниматься к Яковлеву. — Защитник ты наш.

— Ну, ладно, тебе. — Майор снисходительно стряхнул Гришины руки со своих плеч. — Если что, я изъял твое транспортное средство вместе с тобой для оперативно-розыскных работ.

— Спрячься от меня в машине, украду тебя вместе с машиной. — Напел Измайлов и сел за руль.

— Для таких как ты, надо жвачку со вкусом нашатыря делать, чтобы сразу в чувство привести. — Яковлев протянул напарнику пластинку жевательной резинки.

— Мне достаточно такого строгого начальника, как ты, Володь. Ты только сел в машину и сразу начал вонять нашатырем. Шучу. — Измайлов сложил ладони, бросив руль вовремя маневра.

— Ты… Ну, Гриша, ну погоди, дойдет наш праздник до неофициальной части. — Пригрозил ему майор.

— И что, Володь, в прошлый раз ты не дожил до него. — Напомнил Измайлов про новогоднее собрание коллектива.

— А потому что кто-то по ошибке вместо минералки водки в фужер бахнул. — Яковлев посмотрел на расплывшееся в широкой улыбке лицо подчиненного. — Ах ты, демон! Как это я сразу не догадался.

— Володь, кто старое помянет, тому глаз вон. Ты сам виноват, заглотил наживку, которая предназначалась не тебе.

— Мадам одной, неприступной, как крепость Измаил. Хотел взять ее военной хитростью, но тут вмешался непредвиденный фактор, в твоем лице.

— Дурак ты, Измайлов. Даже если ты веришь в пословицу, что пьяная баба себе не хозяйка, то должен понимать, что победа над Измаилом будет принадлежать не тебе, а алкоголю. Выигрывать надо вчистую, чтобы победа была без запаха перегара, рвоты и желания отравить тебя наутро.

— Поэтому ты не вступаешь на тропу войны?

— Я победил однажды, а теперь стерегу и нахожусь в плену одновременно. — Яковлев посмотрел в окно подозрительно. — А куда это ты меня везешь, Измайлов?

Гриша внимательно посмотрел по сторонам, на сгущающийся туман. Яковлев зажал нос.

— Что, нищеброд, на нормальный угольный фильтр денег не хватает. Вы что там, Мухича после обеда перед собой отправили для дымовой завесы?

В салон проникал неприятный кислый запах растворенный в тумане. Измайлов вынул телефон.

— Черт, сеть пропала. Володь включи навигатор на своем телефоне, что-то я с курса сбился.

— Как ты мог сбиться, если каждый день ездишь по этой дороге? — Яковлев вынул свой телефон и с удивлением уставился на его экран. — У меня тоже сеть пропала. — Его вдруг осенила догадка. — А-а-а-а, я понял, накаляешь интригу. Поставил в багажник глушилку связи, напустил туману, не пойму каким образом. Ну, в вашей демонической школе и не таким трюкам обучают. Все, сижу спокойно, жду сюрприз. — Майор с доброй усмешкой ударил Измайлова в плечо. — Ну, Гриша, все как ты любишь, сюрпризы с душком.

— Володь, я реально потерялся. Тут уже давно развязка должна быть. — Измайлов остервенело постучал пальцем в экран телефона.

— Какая развязка, Измайлов, ты мне еще кульминацию сюжета не показал. Дави на газульку, вывози меня из этой ипритовой атаки, пока я не задохнулся.

Машины, едущие с ними одним курсом, жались к обочине с включенными аварийками. В душу Яковлеву начали закрадываться некоторые сомнения в способностях своего подчиненного устроить такой масштабный флэшмоб. Слишком правдоподобно напряженное лицо Измайлова тоже не добавляло повода для оптимизма.

— Постой, Гриша, так это не твоих рук дело? — Спросил майор серьезно.

— Володь, очнись, включи свою дедукцию, хотя бы один процент от нормы, я же не Копперфильд, и нахрена оно мне нужно. Я просто вез тебя на корпоратив, где из сюрприза ожидался только стриптиз.

— Надеюсь, не в твоем исполнении?

— Я для мужиков не танцую.

— А я бы не удивился.

— Володь, заткнись, а. Куда нам ехать?

— Езжай по дороге. Когда-нибудь этот туман закончится, надеюсь. — Яковлев нажал на кнопку, чтобы опустить стекло и тут же закрыл.

Салон наполнился тошнотворной вонью.

— Выбросы с какого-то химического предприятия. — Решил майор. — Или на очистных авария.

— Хорошо, пусть будут выбросы. — Согласился Измайлов, — Но почему не ловит телефон?

— А чего ты у меня спрашиваешь, Измайлов? Это ты меня везешь куда-то. Может быть, даже в ад, к своим демонам на бал сатаны.

Вдруг, где-то совсем рядом раздался могучий рык, от которого в машине задрожали стекла. На мгновение из тумана появилась фигура существа, похожего на помесь гориллы и броненосца, с невероятно страшной рожей, пугающей до самых спящих страхов в глубине души, расслабляющих мускулатуру мочевого пузыря. Она махнула шипастой лапой, желая попасть по машине. Только реакция Измайлова помогла избежать соприкосновения ее с лобовым стеклом. Удар пришелся по наружному зеркалу, отлетевшему под самый корешок.

Измайлов и Яковлев уставились друг на друга испуганными глазами, размером с небольшие блюдца.

— Я был прав. — Побелевшими губами произнес майор. — Ты продал душу в обмен на богатство.

— Это я продал душу, Володь? Да ты сам первым стоял в списке на продажу своей душенки. Скажи не так? Ты же завистливый и алчный, тебе всего мало, звания, денег, красивой бабы, или баб. У тебя на лице написано, продам душу в обмен на внешние атрибуты успеха. Ты же и корпоратив этот хотел, чтобы там на халяву нажраться, поглазеть на голых баб, а можно и не только поглазеть, но за счет других. Вот, бл***дь любуйся. — Измайлов в неистовом бешенстве махнул в сторону лобового стекла.

Яковлев зло зыркнул на него глазищами, но ничего не сказал. Засопел, обдумывая слова коллеги. Туман стал редеть, а когда закончился, вместе с ним закончилась и нормальная дорога. Машина выскочила на грунтовку, идущую среди полей. По низкому днищу застучала земля, хрястнула губа бампера, ударившись о кочку. Измайлов остановил машину, пребывая, как и его коллега, в полной растерянности. Не должно было быть на этом месте проселочной дороги и полей.

— Куда ты меня завез, прислужник сатаны? — Яковлев был здорово напуган и растерян. — Или это нас так с тумана таращит?

Он в который раз вынул телефон и посмотрел на экран. Сеть так и не появилась. Но не это было самым неожиданным. На улице стояла прекрасная летняя погода, совершенно не похожая на московскую февральскую слякоть. Майор, выпучив глаза, впал в ступор. Его мыслительный аппарат, получив слишком много вводных и переменных, не справился с нагрузкой и наглухо завис.

— Володь, мы умерли. — Измайлов выбрался из машины и жалостливо посмотрел на майора. — Не туман это был, а газ. Сдохли мы по дороге, не добравшись до корпоратива. Представляешь, они нас ждут, думают, праздник будет, а получатся поминки.