Давно, давным-давно это было. За поясом я носил богатое оружие, грабил проезжих купцов и в деньгах нужды не испытывал.
Помню, как-то ночью я валялся на травке и смотрел в небо. Ах, что за бездонная яма с мигающими отверстиями! (Увы, в действительности я так никогда этого и не видел…). Мне хотелось рассыпаться в прах, чтобы каждую бывшую мною пылинку подхватил ветер и унес — всё равно куда. Вдруг, разрывая мрак, по небу пронесся светлячок; и вот его уже нет, только светится раскаленный, эфемерный, призрачный след… Тут самое время чего-нибудь себе пожелать, говорят, обязательно сбудется. И пожелал избавиться от одиночества. В это время небо прочертила еще одна светящаяся точка, потом еще одна, и еще, и еще… Словно звездный ливень разразился на небе, но мое желание повторялось, оставаясь неизменным: избавиться от одиночества! Вдруг высоко над горизонтом вспыхнула целая россыпь звезд, словно небо преподносило мне в дар расточительно щедрый букет. Стоял теплый августовский вечер, не умолкали цикады, воздух был влажен.
Звездный дождь не унимался до рассвета — через созвездие Персея проходил метеоритный поток. Дождь персеидов… белые нити в черной накидке ночи, нарядно расшитой падучими звездами…
Прекратите смех!
Красота и покой — вот что такое дождь персеидов.
И я повторял, повторял, повторял одно и то же желание.
Теперь всё, господа судьи и присяжные заседатели. Что и говорить, ничто из загаданного не сбылось.
Независимо от того, в кого я воплощался — в учителя Марии, в полковника Ботинка, в босого скитальца с посохом — я всегда оставался в одиночестве. Всегда!
Метеоритный дождь меня обманул. Вы когда-нибудь загадывали желание вслед падучей звезде? Советую не пропускать такой возможности.
Великолепная штука: ну, просто ничего не меняет, вот нисколечко!
Вы требуете, чтобы я умолк?
Знаю, вам надоело, да вы мне и не верите. Думаете, что все это бред сумасшедшего. Может, вы и правы — разве нормальному придет в голову становиться богом?
Что вы сказали, господа судьи?
Вы приговариваете меня к смерти?! К смертной казни через отлючение?
Нет, я не согласен! Я хочу жить! Жить!
ЯН ВОЙЦЕХОВСКИЙ:
Ко мне ввалился Райнхард, следом за ним — инспектор с оружием в руках. С чем сравнить их лица? Вы фильмы Хичкока видели?
Комментарии к книге «Память о мире», Агоп Мелконян
Всего 0 комментариев