«Когда я был цветком»

Лафкадио Хирн «Когда я был цветком» Lafcadio Hearn «When I Was a Flower» (1880)

Когда-то я был цветком — красивым и большим. Моя белоснежная чашечка, наполненная ароматом столь богатым, что он опьянял насекомых с радужными крыльями, которые садились на нее, напоминала тем, кто смотрел на меня, прекрасные мирриновые чаши, которые использовались в прошлом на пирах цезарей.

Пчелы пели мне свои песни все знойное лето; ветер ласкал меня в жаркие часы; а Дух росы заполнял мою белую чашу ночами. Огромные растения с листьями шире, чем уши слонов, заслоняли меня от ярких лучей, словно живым изумрудным навесом.

Вдали я слышал, как река напевает свой мистический и вечный гимн и голоса тысячи птиц. Ночью я смотрел сквозь свои атласные лепестки на бесконечную вереницу звезд, а днем я всегда открывал оку солнца мое сердце из желтого золота.

Колибри с пестрыми грудками, словно украшенными драгоценными камнями, прилетавшие от восхода солнца, замирали рядом со мной и пили ароматную росу, оставшуюся в моей чашечке, и пели мне о чудесах таинственных земель — о черных розах, которые росли только в садах чародеев, и призрачных лилиях, чей аромат несет смерть, которые открывают свои сердца только тропическим лунам.

И вот однажды девушка перерезала изумрудную нить моей жизни и украсила мной свои волосы. Я не ощущал медленной агонии смерти, как плененные светлячки, мерцающие подобно звездам в ночной тьме ее великолепных локонов. Я лишь чувствовал, как аромат моей жизни смешивается с ее кровью и входит в тайные покои ее сердца; и я сетовал в тот миг, что являюсь всего лишь цветком.

В ту ночь мы скончались вместе. Я не знаю, как она умерла. Я надеялся лишь разделить ее вечный сон, но странный ветер, проникающий в окно, разорвал мои мертвые листья на части и разбросал их белыми обломками по подушке. И все же мой призрак, подобно слабеющему цветочному аромату, все еще наполнял тихую комнату и парил над пламенем восковых свечей.

Другие цветы, уже не моей расы, распускаются сегодня над местом ее отдыха. Это ее кровь живет в их розоватых лепестках, ее дыхание придает аромат их листьям, ее жизнь оживляет их прозрачные зеленые вены. Но в волшебные часы ночи милосердный Дух Росы, оплакивающий смерть летнего дня, возносит меня ввысь и позволяет смешаться с хрустальными слезами, которые упадут на ее могилу.

Перевод — Роман Дремичев