Септус помедлил секунду, наблюдая за поведением Левенгука. Когда пред судом представали воры и убийцы, они падали на колени немедленно, истовой молитвой пытаясь доказать свою невиновность. Еретики же, наоборот, всячески выказывали свое презрение и возводили хулу на Патриарший престол — не самый лучший способ снискать милость суда, но, в конце концов, многие еретики попадали в это помещение полные решимости принять мученическую смерть. У Левенгука были глаза именно таких фанатиков, однако он, по-видимому, не обладал их убежденностью — не изменившись в лице, он преклонил колена и склонил голову. Патриарх поспешно прикрыл глаза и уже в шестой раз за сегодняшнее утро прочел нараспев слова молитвы: «Господи, ниспошли мне мудрость, чтобы узреть истину. Благословенная Дева, укрепи мой разум, чтобы свершить правосудие. И да послужит всё, что свершится днесь, к вящей славе царствия Твоего. Аминь.»
Заключительное «аминь» разнеслось по залу суда — секретари и адвокаты повторяли за Патриархом ритуальную формулу. Септус скосил глаза на Примечателя Сатаны — единственного из присутствующих, чьи глаза должны оставаться открытыми во время молитвы. Внешность веснушчатого жизнерадостного юноши совершенно не вязалась со зловещим наименованием его должности. Примечатель дважды кивнул, показывая, что Левенгук должным образом совершил молитву и произнес «аминь» вместе со всеми. Хорошо; значит все, что случится далее, будет иметь законную силу и Божье благословение.
— Господин Прокурор, — произнес Септус, — огласите обвинение.
Прокурор поклонился, насколько позволило ему обширное брюхо; бисеринки пота уже выступили на его напудренном лице. День сегодня вовсе не жаркий, на дворе ранняя весна, но прокурор Бен-Жакоб славился своей потливостью; эта его черта доставляла больше хлопот его оппонентам в суде, чем ему самому. Льющиеся по лицу прокурора потоки часто настолько отвлекали адвокатов защиты, что они пропускали слабые места в аргументации обвинения. Септус знал, что слабые места в аргументации Бен-Жакоба можно найти всегда — старина Абрахам не отличался великим умом. Однако же он был честен и не мог даже помыслить о личном обогащении за счет тех, против кого выступал в суде, и поэтому Патриарх не собирался менять своего прокурора.
— Ваше Святейшество, — сказал Бен-Жакоб, — речь идет о посягательстве на доктрину… э-э… Спящей Змеи.
Комментарии к книге «Три слушания по делу о наличии змей в крови человека», Джеймс Алан Гарднер
Всего 0 комментариев