Свою способность улавливать мелодию в сумятице самых обычных звуков Ричард подметил давно. Дома, перебирая пальцами струны, он поражался удивительной способности гитары имитировать звуки моторов и клаксонов, птичьи голоса и стук собственного сердца. Шум ливня, чавканье шагов, тяжелое дыхание и ритм сердца, отдающийся в горле, сливались сейчас в длинное, яростное: дойти, дой-ти. Гитара, привязанная к рюкзаку, мирно спала в двойном целлофановом мешке. Позавидовать ей Ричард не успел. Оступившись, он падал с откоса неуклюже, наверное, даже смешно, переворачиваясь через левое плечо. Настигший его патронный ящик, а быть может, камень ударил по щиколотке. Боль ослепила, отозвалась под лопаткой и вдруг стихла.
«Что это? — Ричард не мог открыть глаза. — Где я?»
Холодная жижа, в которую он ушел с головой, возможно, имела дно. Но оно было где-то глубоко-глубоко... В отчаянии Ричард дернулся наверх и заколотил руками. Тяжелый рюкзак выкручивал плечи и вдавливал его в холодную липкую бездну.
— Дуглас! — глотнув воздуха, успел крикнуть мальчишка и, захлебываясь, проваливался в ужас близкой гибели.
Он не помнил, как поймал петлю брошенной веревки. Но, уцепившись за нее рукой и по-звериному зубами, знал, что нет силы, которая может отнять ее у него.
На твердой земле, лежа у рюкзака, который стянул с него Дуглас, он долго кашлял и отплевывал болотную жижу.
— А где твоя фляжка, эрмано[2]? — Дуглас тер ему виски и небольно шлепал по щекам. — Видимо, твоя фляжка решила не совершать с тобой рискованные кульбиты. Считай, что подарил ее этим замечательным горам...
Ливень, в адрес которого еще недавно Ричард слал самые горячие проклятья, был сейчас теплым и, главное, желанным. Ночь в горах, струи воды, смывающие с лица болотную слизь... Все это счастливы чувствовать только живые...
Ричард робко поднялся с земли и только сейчас обнаружил, что спасительную веревку он по-прежнему сжимает в окостеневшем кулаке.
— А ты, оказывается, умеешь взрослых пугать. Даже меня... — Дуглас дернул за веревку, — давай руку — сам ты кулак не разожмешь...
Ричард слушал неторопливые слова милисиано и (хорошо, что ночью этого никто не видел) беззвучно плакал.
— А теперь пойдем искать ящик, — засуетился Дуглас. — Что-то и гитары не видно...
Комментарии к книге «Таякан», Вадим Васильевич Носов
Всего 0 комментариев