«Франкогаллия»

Франсуа Отман

Франкогаллия

Центр гуманитарных инициатив

Москва — Санкт-Петербург 2015

Серия MEDIAEVALIA

СРЕДНЕВЕКОВЬЕ КАК ИСТОРИКО-КУЛЬТУРНЫЙ ФЕНОМЕН. Основана в 2015 г.

И.Л. Эльфонд

Ф. Отман — юрист, историк, политический мыслитель и идеолог гугенотов

1. Жизнь и творчество Ф. Отмана

«Франкогаллия» Ф. Отмана (наряду с сочинениями Ж. Бодена) наметила перспективу развития не только национальной, но и европейской политологии в целом. Данное сочинение можно считать кульминацией идейной борьбы эпохи и одновременно апологией тираноборчества. Полемические приемы, теоретические обобщения и выводы «Франкогаллии» в дальнейшем широко использовались современниками для обоснования прав народа и идеи народного суверенитета.

Политическая мысль Франции второй половины XVI века формировалась в необычайно сложной социальной и конфессиональной ситуации. Религиозные войны, квалифицируемые современниками исключительно как гражданские, стали подлинной трагедией и испытанием на прочность национальной государственности1. Они оказали огромное влияние на развитие идеологии, выделение различных ее направлений, возникновение и эволюцию новых тенденций в общественной мысли.

По мере углубления кризиса современники все более осознавали его социально-политическую подоплеку. Конфронтация двух не только религиозных, но и политических лагерей, а также постепенное оформление третьего, стоявшего на охранительных позициях, определила напряженный характер борьбы. Наконец, присутствие недовольного дворянства обозначило главную линию противостояния — опровержение или, наоборот, оправдание абсолютизма. Развитие идеологии и конструирование системы политической пропаганды обуславливались углублением гражданских войн, особым процессом их протекания, а также изменениями позиций противоборствующих партий.

Данный период в прямом смысле слова можно назвать затишьем перед бурей, грянувшей после Варфоломеевской ночи. Роль этого кровавого события в оформлении политических представлений эпохи еще не оценена должным образом не только в зарубежной, но и, тем более, в отечественной историографии. Варфоломеевская ночь стала не просто поворотным моментом в развитии идеологии, но и катализатором, объективно ускорившим возникновение новой политической теории и даже радикализовавшим ее. Масштабные изменения в области политической культуры и системы властных отношений нашли отражение на страницах трактата Ф. Отмана «Франкогаллия».

В протестантском лагере наблюдалась своеобразная «смена вех», при которой существенным коррективам подвергся характер идеологии. Гугеноты решили окончательно порвать с правительством, отказавшись от идеи верности законной власти. Фактически, они взяли курс на вооруженное сопротивление, политическое отделение и создание «государства в государстве». Варфоломеевская ночь ускорила оформление теории, получившей в истории общественной мысли название тираноборческой. Ее идеологи — монархомахи — разработали учение, ключевыми аспектами которого явились проблема прав народа, идея народного суверенитета, договорная теория происхождения власти.

В публицистической литературе того времени встречаются не только оригинальные сочинения, но и пространные компиляции — собрания цитат из трактатов античных авторов от Аристотеля до Тацита, в которых отстаиваются принципы борьбы с тираном и допускается его физическое устранение. Данный комплекс идей нашел отражение во множестве памфлетов, в теоретическом плане подобных наиболее крупным политическим творениям, например, «Будильнику французов» (1573 г.), «Политике», «Политической речи» (ок. 1575 г.) и «Франко-Турции» (1573 г.). Характерно, что большая часть политических сочинений писалась по-латыни, а памфлеты, в массе своей ориентированные на широкого читателя, наоборот, по-французски. Любопытно, что после Варфоломеевской ночи практически свертывается публицистика как католической партии, так и политиков (робкие две попытки после самой резни оправдать ее в счет не идут) — в сфере идеологии и пропаганды наблюдается полное доминирование идей тираноборчества. Идеологи «политиков» вообще пребывали в состоянии глубокого шока, о чем свидетельствует, скажем, письмо историка Э. Пакье, явно отправленное автором в состоянии потрясения и от самого факта резни, и от понимания последствий ее. По мнению В. де Капрарииса, идеологи «политиков» «понимали значение событий и могли квалифицировать их только как преступление». Но после выхода в свет программных сочинений тираноборцев защитники и идеологи абсолютизма (прежде всего, идеологи «политиков») Л. Леруа, Э. Пакье и великий Ж. Боден публикуют свои основные труды, в которых можно заметить наличие прямой полемики с тираноборцами.

Данная эпоха характеризовалась еще и углублением экономического кризиса, воздействием революции цен, обнищанием населения и, как результат, активизацией социальной борьбы не только в городе, но и в деревне. Толчком, окончательно обострившим политическую ситуацию, стала смерть брата и наследника Генриха III (одиозной для современников и потомков фигуры), которая актуализировала идею смены правящей династии и превратила лидера протестантов короля Наваррского в реального претендента на престол. Ультракатолики срочно воссоздали давно распущенную королем Католическую Лигу; в свою очередь Лига принцев заключила договор с Испанией. У Генриха III буквально вырывают Немурский эдикт, поставивший протестантов во Франции вне закона (король высказался о нем следующим образом: монарх подписывает этот эдикт с ужасом, поскольку, хотя он и находится в согласии с его совестью, но неизбежно принесет гибель государству).

Период 1586–1588 гг. характеризовался конфронтацией партий, ростом иностранного вмешательства, союзом «политиков» с протестантами и резким ослаблением центральной власти. Разрыв короля с католической партией был неминуем, а «День баррикад» (22 мая 1588 г.) и бегство монарха из столицы, контролировавшейся католическими силами, вели к распаду Франции. Расправа Генриха III с Гизами, взрыв возмущения в Париже (и не только в нем) накалили обстановку в стране до предела. Декларация Сорбонны о низложении Генриха III, роспуск Генеральных Штатов в Блуа, союз двух Генрихов против Лиги и испанская интервенция — события развивались по нарастающей и апогеем стало убийство короля (1 августа 1589 г.).

Все это приводило к некоторому отрезвлению католического населения, религиозные вопросы окончательно отступили перед грозящей катастрофой; 90-е гг. XVI в. стали временем политического умиротворения. Предшествующий бурный период нашел выражение в истории идеологии. К этому времени «властители умов» всех партий уже приобрели готовое оружие — отработанную в 70-е гг. систему пропаганды (памфлеты, летучие листки, проповеди) и сформулированную политическую теорию (представленную учениями о тираноборчестве и абсолютизме).

При несомненной связи политической мысли с событиями гражданских войн следует отметить, что ее содержание было глубже и оригинальнее действительности. Если бы видные писатели ограничились лишь анализом современных им политических явлений, то почти наверняка их сочинения, составленные «на злобу дня», в силу своей теоретической ограниченности не привлекли бы внимание потомков. Однако результатом идейной полемики оказалось оформление двух оригинальных политических теорий — тираноборческой и абсолютистской. Данные учения, порожденные самой эпохой, оказались необычайно устойчивыми. Их важнейшие положения широко использовались не только в XVI в., но и в последующие столетия. В частности, это относится к рассуждениям Жана Бодена о суверенитете, а также к концепциям прав народа и тираноборчества, разработанным монархомахами и Ф. Отманом в том числе.

Автор «Франкогаллии» и крупнейший теоретик тираноборчества получил признание современников и потомков. Политическое учение Отмана легло в основу доктрины тираноборчества, а позднее было не только интерпретировано, но и прямо списано идеологами католического лагеря. Фигура мыслителя и его наследие неоднократно привлекали к себе внимание исследователей. На трактовку биографии и творчества Отмана оказывали влияния оценки, утвердившиеся в исторической и политической науке в отношении тираноборчества. Ученые XIX в., стремившиеся представить мыслителя умеренным конституционалистом, все же подчеркивали его «демократические позиции», и реже радикальность2.

Оценки наследия французского мыслителя присутствуют практически в каждом крупном западном исследовании по истории политических и социальных учений XVI века. Нередко подобные обобщающие работы носят правовой характер3. Со времени появления труда Б. Рейнольдс4, стремившейся подчеркнуть конституционалистские идеи в творчестве Отмана, в позднейшей литературе наблюдается отчетливая тенденция сопоставить позиции мыслителя с построениями других его современников.

Данные сравнения могли производиться как с идеологами Реформации (прежде всего, Кальвином), так с гуманистами (Боденом) и другими тираноборцами5. От биографических штудий XIX в. резко отличается исследование жизни и творчества Ф. Отмана, принадлежащее американскому политологу Д. Келли, который подчеркивал революционность и радикальность позиции мыслителя, определившей всю его деятельность6. Однако анализ взглядов Отмана, как правило, ограничивается все той же «Франкогаллией».