«b9ed2b7c2773489858e7598835137468»

СЕРГЕЙ ЭЙГЕНСОН

(МАРКО ПОЛО)

БАЙКИ НЕФТЯНОГО

Сергей Эйгенсон (Марко Поло)

© 2019 – Сергей Эйгенсон (Марко Поло)

All rights reserved. No part of this publication may be reproduced or transmitted in any form or by any means electronic or mechanical, including photocopy, recording, or any information storage and retrieval system, without permission in writing from both the copyright owner and the publisher.

Requests for permission to make copies of any part of this work should be e-mailed to: altaspera@gmail.com or info@altaspera.ru.

В тексте сохранены авторские орфография и пунктуация.

Published in Canada

by Altaspera Publishing & Literary Agency Inc.

Об авторе.

Старый нефтяник, проработал в добыче нефти и газа три десятилетия, в

том числе двадцать лет на Самотлоре, служил два года офицером на

Дальнем Востоке, с 1998 года живет в США, в предместьях Чикаго.

Адрес текстов в Сети ht

tp : // sa

mlib . r u / p / pol

Мне за жизнь пришлось поработать и на заводе, и на строительстве

большого газопровода, и на нефтяном месторождении, и в офисе, когда в

России был объявлен как бы рынок. Здесь собраны истории, относящиеся

к так называемым «Нефтяным Северáм», где я проработал суммарно

почти четверть века в Нижневартовске, Ноябрьске, Печоре.

Байки нефтяного Севера

Оглавление

Дорогой Леонид Ильич Стр. 4

Этиленгликоль Стр. 31

Толуол Стр. 36

Визит инспектора Стр. 42

Иностранец по фамилии Николаев Стр. 44

Дом инвалидов Стр. 50

На страже бдительности Стр. 52

Продовольственная программа Гриши Колчака Стр. 57

Королева зимника Стр. 65

Научный валенок Стр. 67

Давние дела Стр. 72

Не школьная ты подруга … Стр. 90

Случай из жизни Стр. 93

Аборигены Стр. 98

Сергей Эйгенсон (Марко Поло)

ДОРОГОЙ ЛЕОНИД ИЛЬИЧ ...

Косте Гольдштейну на память о временах, когда Леонид Ильич

был жив и при власти - а мы были практически молоды.

Углядел в Сети портрет - и вспомнилось ... .

Дело было году в 78-м не то 79-м.

Нижневартовске, в тамошнем

краснодарской

ВНИПИГазпереработки, заведовал

лабораторией, занимался трубами

и, в основном, факелами

попутного газа. Собственно,

только я пробовал измерять -

сколько ж там горит? Закончилось

это крупным скандалом, снятием

кучи начальства, включая нашего

же краснодарского директора

Марка Берлина, когда, в начале

Перестройки, на поверхность

вылезло то, что газа горит на

шесть миллиардов кубометров

больше, чем отчитывается

министерство. Мой приятель,

старая министерская крыса

Биктемир Хабибуллович с укором говорил мне тогда: "Вся страна, все

советский народ две пятилетки боролся, чтобы поднять степень

использования газа с семидесяти процентов до восьмидесяти пяти.

Пришел Сергей Александрович со своей трубкой Пито-Прандтля - и все

порушил, сделал опять семьдесят!"

Ну, до этого еще далеко. А пока лето 78-го, жена увезла сына на Юг, а ко

мне в гости пришли два дружка - ГИП (т.е - главный инженер проекта) из

нашего же филиала Юзя, Иосиф Немировский и парень, который раньше

работал у нас, а нынче ушел на производство - Серега Чайка.

Выпили, честно скажу, сильно выпили. Так что я гостей даже по белой

ночи домой отпустить не решился. У меня и полегли, благо хата пустая, да и у них семьи на Большой Земле. А пред этим Юзя долго морочил нам

голову своми профессиональными рассуждениями про заказчиков, подрядчиков и проектировщиков. Видно, этим и навеяло.

Потому, что приснилось мне, что ко мне пришли новые гости: основатель Советского государства Владимир Ильич Ленин, тогдашний генеральный секретарь

Леонид Ильич Брежнев

Байки нефтяного Севера

и гендиректор ПО Сибнефтегазпереработка Алексей Ильич Воривошкин, для нас с Юзей - главный заказчик, а для Сереги - прямое, в ту пору, начальство.

Я, конечно, приглашаю их заходить, показываю, как могу, гостеприимство. Мол - "Проходите, ребята, чем бог послал. Вот выпить

сейчас разведем, у меня и лед в холодильнике есть, и ореховая настойка, чтоб вкус отбить. Вот закусить ... тут проблема, если только хлебушком

не побрезгуете.

Кстати, ребята, а где закуска?"

Бред, конечно. Как бы они втроем собрались? Да и с какого перепугу

вдруг ко мне? А я б решился к таким людям с прямыми вопросами ...

Но - сон. Сами знаете, да и во Фрейде напечатано - хрен знает чего

только во сне не привидится.

Владимир Ильич, однако, не обиделся, а кивает мне на Брежнева.

" Знаешь, - говорит,- Сережа, проект был - во!! Но сам понимаешь, с

таким представителем заказчика ... . Конечно, получается пока не очень.

Вот и с закуской. Но если б все было по исходным чертежам!"

Лёка дольше стрелку переводит: "Понимаешь, - мол, - Серега! Я со своей

стороны - что могу! Но при таких подрядчиках ... ничего не хотят делать

по-человечески".

Ну, с Алексеем Ильичом мы по жизни на Вы. Он, вообще говоря, в ту

пору меня сильно недолюбливал по обоюдным причинам. Впоследствии, однако, отношения у нас были неплохие, он без меня и по заводам, в

Сургут или Южный Балык не любил ездить, числился я при нем как бы

его превосходительства любимый ... ну, скажем, что - "лицо неарийской

национальности", как теперь принято. Он, вообще, очень незаурядная

личность, считаю его одним из своих учителей жизни. На всю жизнь

запомнил его формулировку: "Нам тут не нужны люди, которые умеют

ставить вопросы. Нам нужны люди, которые умеют давать ответы".

А тогда очень были не по душе ему мои замеры факелов, чуяло сердце

будущие неприятности, и из Нижневартовска он меня, можно сказать, что выживал. Но тут, во сне, и он ко мне на ты. "Эх, - говорит, - Сережа, если б ты видел проект!!" Мне, правду сказать, и во сне так от всех этих

скользких разговоров страшновато стало, что я от ужаса проснулся, пока

Феликс Эдмундович или еще кто вроде не пришел. Проснулся - ни

Феликса, ни моих недавних гостей, троих Ильичей нету. И Юзи не

видать, он же в детской лег. А вот Серега Чайка тут неподалеку, калачиком под телевизором свернулся. Kак и уместился, такой

Сергей Эйгенсон (Марко Поло) Я его разбудил и тут же изложил свой жуткий сон. Он, конечно, не

поверил. Говорит: "Это все ваши московские диссидентские штучки!"

Сам-то он из Донецка приехал, как и Иосиф.

Но когда тот проснулся, мы ему эту историю уже на два голоса

рассказывали. Да и потом, когда эта байка расказывалась в компании, она

так и именовалась "Сон о трех Ильичах".

Зачем я это вспомнил? Не хочу ли, часом, Застой разоблачить?

Да ну, что Вы?

Что ж тут разоблачать? Лучшее время моей жизни. Мой младший братик

вообще определяет Застой, как "период, когда стояло практически

непрерывно". Дак ведь и у меня все было хорошо - и в работе, и в любви, и в дружбе. Немного ведь за тридцать перевалило.

Просто вот - вспомнился забавный эпизод. Дай, думаю, людям расскажу.

Это, однако, присказка. Сказка будет дальше.

Прямо ко мне домой они больше не заходили, но встречаться, конечно, доводилось не раз. Только что не сразу со всеми, а по одному, много - по