«Лёгкий миллион»

Дмитрий Петров

Лёгкий миллион

Было время, Супруги Смирновы опасались быть выставленными за дверь приличных заведений по причине подозрительного внешнего вида и небезосновательно. Здраво оценивая свой более чем скромный достаток и обусловленный им наряд, они провели чёткую черту между собой и миром белых скатертей. Край небоскрёбов и роскошных вилл даже на виднелся на горизонте. Пока ещё Смирновы не вступили даже в мир обуви по сезону, ужинов без пельменей, и свадеб не в кредит, который внушал супругам Смирновым животный страх перед тем, сколько денег стоит каждое с ним соприкосновение. Они стеснялись автосалонов иностранных автомобилей и магазинов с эскалаторами. Манекены, живущие в стеклянных витринах, одетые пусть только в нижнее бельё, казались Смирновым существами более высокой ступени иерархии. Это было совсем недавно.

Последние полгода Кирилл и Марина пристрастились к лучшим ресторанам города. Семья больше не экономила на гардеробе, бензине, косметике, развлечениях… Даже трудно сходу назвать, на чём они теперь сэкономили. Можно даже сказать, ни на чём. Перевели сына в платную школу, потому что через пять лет ему поступать. Дочери завели няню. С удовольствием рассматривали дорогие варианты отдыха. Турция теперь была не для них. Стали как-то раздражать простолюдины. Пусть нищета отдыхает с русскими, мы можем себе позволить что-нибудь посолидней. Ах, мечты-мечты, всё равно никуда не поедем, кто же за нас будет работать.

Работы и в самом деле было невпроворот. В этом году Смирновы напали на золотую жилу. Повезло подцепить большой контракт и, что не могло не радовать, удалось с честью его реализовать и прилично обогатиться. Кирилл и Марина являли собой блестящий пример сыгранного дуэта, плечом к плечу двигаясь к успеху всё дальше от времён тяжёлой нужды.

Ещё год назад они просрочили два ипотечных платежа, пережили отключение света за неуплату, одевались в секонд-хенде и выкарабкались только за счёт бескорыстной помощи родных. Стыдясь, они систематически на несколько дней закидывали детей к бабушкам и дедушкам, а заодно и задерживались там сами, будто бы соскучившись по старикам, а на самом деле, чтоб хорошенько подкрепиться заранее и надолго, как медведь или верблюд. Любимая прабабушка (как только старушкам удаётся откладывать с мизерной пенсии?) охотно снимала со счёта по первой же просьбе Кирилла столько, сколько надо, категорически запрещая возвращать долг:

– Вот умру, похороните меня по-человечески, а больше мне ничего и не надо.

Да, с тех пор Смирновы выбрались из ямы и хорошо залезли в гору, но про их успех ещё нельзя было сказать «сделали состояние», и они сами это прекрасно понимали. Но денег было много. Так много, как никогда раньше. Они закрыли ипотеку и даже смогли обзавестись дополнительной квартирой в новостройке, пока не решив, сдавать её потом или выгодно перепродать. На их счетах лежало достаточно средств, чтоб приобрести ещё одну, раз уж мы взялись измерять успех в квартирах, и до завершения контракта ожидалось поступление опять же примерно в таком же размере.

Продолжение сладкой жизни – вот что если не тревожило, то очень заботило прагматичных Смирновых. Кормилец-контракт скоро кончится, а новый не предвидится – поменялась конъюнктура рынка. Не будет больше баснословных доходов. Самое время думать, как сберечь и преумножить нажитое, всё необходимое для этого было при них.

Смирновы не транжирили. Им ничего не стоило удержать себя от покупки, например, нового автомобиля: глупо брать то, что дешевеет с каждым днём, соглашались они друг с другом. Они не стали вкладываться в частный дом, о котором всегда мечтали – капиталы уйдут на строительство и отделку и кончатся, куда разумнее будет запустить их в дело. Они умели жить скромно, без кутежей. Надо сказать, что и частые рестораны, и няня стали для них не роскошью, а необходимостью: работа не оставляла времени на домашние хлопоты.

Кроме любви, детей и дела их сближала достойная цель – хорошенько потрудиться, пока молодые, чтоб хорошенько отдохнуть потом. И напутешествоваться, и всё остальное. Марина сможет заняться писательством, у неё талант, в декрете она сочиняла забавные детские истории, а Кирилл тоже чем-нибудь займётся, ведь так легко выбрать занятие по душе, когда сможешь себе это позволить. Средства к этой цели они неустанно искали.

– Есть интересная тема! – сказал Кирилл, закинув денег с хорошим запасом чаевых официанту в ведёрко.

– Жги! – одобрила Марина.

– Я сейчас мониторю разные сайты, где продают всякое имущество должников. Машины, квартиры уходят раза в полтора дешевле рынка! Это золотое дно – покупаем и тут же продаём дороже.

– И что, каждый дурак может вот так купить квартиру или машину в полтора раза дешевле?

– Только те, у кого есть свободные деньги! Мы с тобой как раз такие дураки.

Неделя ушла на изучение вопроса. Отсеяли бесперспективные варианты. Решили не связываться с автотранспортом, который, во-первых, уже по описанию был подозрительно изношен, а, во-вторых, не удовлетворял по норме прибыли. С квартирами должников было гораздо интересней. Покупаешь за четыре миллиона квартиру, которую можно продать за пять с половиной, и за месяц-другой получаешь чистыми, вы уже посчитали, сколько денег. Воодушевлённые Смирновы, однако, сохраняли холодные головы. Бизнес есть бизнес, на кураже никто сорить деньгами не собирается. Тщательнейшая проверка: подготовка к аукциону, отсутствие обременений и несовершеннолетних собственников, дополнительные траты и налоги, в конце концов. Расчёт обещал хороший навар.

– Кир! А как ты думаешь, каково этим людям? – однажды спросила Марина, укладываясь в постель.

– Ну, тем… Нам ведь придётся их выселить.

Вот и настала пора ответить самим себе на этот неоднозначный вопрос.

– Не знаю… Я тоже думал об этом… Наверное, им несладко, но что поделаешь? Потом, это же не мы, это, по сути, банк их выселяет…

– Но всё-таки получается… – Марина не договорила. Она погасила свет и поспешила лечь, чтоб не заплакать на следующем слоге.

– Знаешь, ни нас с тобой ни наших детей никто не пожалеет, если что-то случится, – продолжал Кирилл, – Я даже предлагаю сходить на эту квартиру. С двумя целями. Во-первых, верх легкомыслия брать её без просмотра. Может, она убита в хлам, и там ремонта на миллион? А, во-вторых, посмотрим на этих людей. Проверим нервы, нам ведь нужно перешагнуть эту черту. Да?

Марина хрюкнула в ответ и выдала свои слёзы. Кирилл, как и все мужья, принялся вместо простой ласки убаюкать свою голубку горячей логикой: человек человеку волк, или мы едим, или нас едят. Марина смиренно кивала, успокаиваясь в объятьях мужа. Конечно, умом она понимала, как он был прав.

Вот и этот дом. Телефона жильцов, разумеется, служба судебных приставов не давала. Один вариант – идти в квартиру и стучать в дверь. Чтоб было легче, решили играть открыто. Дескать, мы раздумываем, брать ли ваше жилище с аукциона. Ничего личного, просто бизнес, если не мы, так кто-то другой.

– Я не знаю, не знаю, вам надо с папой разговаривать, – Смирновых встретила девушка лет двадцати пяти и разрешила войти.

Кирилл и Марина порадовались удаче – они попали на объект; и заволновались – что это за папа, без которого взрослая девушка не может просто показать помещения и ответить на пару вопросов? Но не терять же времени даром. Глаза их отмечали общий порядок, простой, но приличный ремонт, пол, двери, потолки – всё было вполне себе цивильно.

Вот и комната папы. Вот и сам он лежит на кровати возле стены и работает с ноутбуком.

– Здравствуйте! – сказали гости.

– Здравствуйте… – ответил папа.

– Папа, вот, люди пришли насчёт квартиры… – начала девушка.

Кирилл, слегка раздосадованный тем, что хозяин не пожелал подняться, мягко перебил девушку и оперативно изложил цель своего визита. Долго объяснять не пришлось. Папа раскусил, чего хотят непрошеные гости, не дождавшись окончания.

– Совсем обнаглели, поганые стервятники?! Вон отсюда! Вон!!!

Кирилл рефлекторно заслонил собой Марину, готовясь принять бой, но боя не было. Папа яростно елозил по постели, ища глазами и руками что-то пригодное для броска. Кирилл, заметив эту заминку, мгновенно схватил жену за плечи и поволок её прочь. У выхода, ощутив, что погони не будет, потому что папины проклятья перестали их догонять, Смирновы собрались было потолковать с девушкой насчёт просмотра остальных помещений. В конце концов, в их действиях не было ничего дурного, а хозяин, напротив, был груб и бестактен, но она лишь твердила без остановки:

– Вам лучше уйти, пожалуйста, вам лучше уйти.

Не найдя в себе наглости настаивать, супруги вышли вон.

– Вот как таких потом выселять? – спросила Марина, когда захлопнулась дверь, – неприятная будет процедура.

– Неприятная процедура это колоноскопия, – ответил Кирилл, – всё остальное – рабочая процедура.

Тут пара заметила женщину, которая собиралась войти в ту самую дверь, которую они только что бесславно покинули.

– А вы к кому? – спросила она.

На этот раз объясняться стала Марина. Женщина была спокойней «папы» и терпеливо слушала. Ровно до слов «Больно грубый ваш папаша, мы же просто поговорить пришли». Затем она молча поставила на пол сумки, и принялась снимать рукавицы. Смирновы занервничали: соперник с развязанными кулаками куда опасней. К счастью, хозяйка освободила руки не для того, чтоб их распускать.

– ТРИ миллиона мы брали в ипотеку, – показала она на пальцах левой руки, – За десять лет мы заплатили ПЯТЬ миллионов, – к левой руке добавилась правая, – Сколько мы ещё должны банку? А?!