«А ты счастлив?»

Никогда не поздно начать всё сначала. Жизнь порой кажется удивительной только тогда, когда с нами происходят, казалось бы, случайные вещи. Но жизнь удивительна всегда. Как правило, мы редко замечаем что-то ценное, находящееся рядом с нами каждый миг. И если сегодня я спрошу: «Ты счастлив?», каким будет твой ответ?

Каждый день мы задаём себе множество вопросов, на которые не можем найти ответы. Нас беспокоят самые глупые вещи и ситуации, но какая разница, если всё прошло и всё пройдёт?

Шесть утра. Автобусная остановка близ большого города. Табличка с надписью «Ромашино» за много лет выцвела на солнце, да и никому она уже не нужна. По трассе изредка проносятся автомобили. Некоторые из них проезжают там каждый день, и по привычке их можно узнать издалека. Солнце только восходит и ненавязчиво согревает своими лучами каждую клеточку тела. На улице пахнет свежескошенной травой и сыростью, а мокрый асфальт подмигивает бликами прошедшего дождя.

Здесь не бывает много людей, но сегодня на остановке, от которой веет одиночеством, встретились двое. Казалось бы, что может свести двух абсолютно разных людей в таком необычном и даже странном месте? Но у каждого своя история.

На лавочке уже кто-то сидел, периодически поглядывая на часы, и явно ожидая свой транспорт. Это был мужчина лет пятидесяти, наполовину седовласый и роста выше среднего. Выглядел он довольно прилично: тёмно-коричневые брюки а-ля джинсы, светлая рубашка с коротким рукавом и странный чемодан далёких времён. Очевидно – не деревенский. В это время к расписанию подошёл невзрачный худощавый мужчина в потрёпанных джинсах, растянутой футболке и старой кепке. Отросшая щетина говорила об отсутствии у него времени или желания привести себя в порядок. Одним словом – деревня. Он пару минут всматривался в цифры в таблице, но ничего не поняв, обратился к сидящему человеку.

– Дружище, не подскажешь сколько время?

Мужчина с лавочки поднял глаза, окинул недовольным взглядом того, кто его потревожил, но на вопрос всё-таки ответил.

– Семь минут.

Повисла неловкая пауза.

– Спасибо.

Человек у расписания о чём-то подумал пару минут, и сел рядом со своим новым «знакомым». Тот брезгливо отсел от него на полметра.

Шло время. «Городской» всё так же поглядывал на часы, а «деревенский» то болтал ногой, то ходил кругами и возвращался на место.

– Кажется, отстаёт от расписания, не так ли? – мужчина в кепке не выдержал молчания, которое повисло над ними обоими.

– Угу, – буркнул себе под нос важный «сосед» слева.

Опять неловкая пауза. Человек в кепке не желал ждать автобус, сидя молча, и смотря в небо.

На лицах двух людей читалось абсолютно разное. У одного – недовольство и надменность, но вместе с тем какая-то скрытая тоска. Типичный вид того, кто в душе крайне несчастен. У другого же читались безмятежность, простота и лёгкость. О таких обычно говорят – «Счастливый».

– Вам в город? – снова прозвучал вопрос.

«Дотошный» – хотел сказать недовольный собеседник, но по каким-то причинам не захотел произносить этого вслух. Наверняка его статус и воспитание не позволяли обидеть ни в чём не виноватого мужчину.

– Да, в город, – уже без пренебрежения ответил мужчина в брюках.

– Вы, видно, не из здешних краёв, каким ветром прибыли?

– Случайным. Впервые вызвали в такое забытое людьми место. Я работаю врачом, и периодически приходится кататься за город.

– Интересно. А я тут мимо. Всю ночь шёл по обочине «федералки», так никто и не подхватил. Наутро набрёл на остановку, и встретил вас, – рассказал свою историю второй.

– И долго вы так идёте? И куда?

– А никуда. Где придётся, там и останавливаюсь на какое-то время. Где-то строить помогаю, где-то прибраться, покрасить, где-то разгружать. Иногда в приютах для животных, детских домах, а иногда к старикам прибиваюсь. Там и покормят, и в тепло пустят, ещё и денег на дорогу дадут. Кроме маленьких городков да деревушек не видел ничего. А большой город это мечта. Вот и решился я посмотреть своей мечте в глаза, – улыбаясь, рассказал мужчина в кепке.

Оба немного помолчали.

– Алексей, – «деревенский» обтёр руку о свои джинсы, и протянул её своему собеседнику.

– Александр, – второй мужчина ответил взаимностью.

Прошло ещё какое-то время. Автобуса на горизонте так и не было. Солнце поднималось всё выше, и уже не так приятно согревало теплом. С каждой минутой становилось жарче, и это вызывало неприятные ощущения.

– Да где же этот автобус! Проклятое расписание! – буркнул Александр.

– Не сердитесь, любезный, скоро придёт.

– Если бы вам было куда торопиться, вы бы не выглядели таким довольным.

– А что делает таким недовольным именно вас?

– Если бы вы понимали всё то, о чём болит моя душа, вы бы не спрашивали.

– Если бы, если бы, – передразнил своего собеседника Алексей, – я ведь и спрашиваю, потому что не понимаю и не знаю.

– Мне есть о чём переживать.

– А мне вот нет. Когда-то в моей жизни было всё: семья, работа, дом. Сегодня я один, а переживать за себя – причин нет, – с легкостью в голосе сказал мужчина в кепке.

Снова неловкое молчание. Александр не осмелился задавать лишних вопросов – чувство такта не позволило.

– Вы когда-нибудь предавали человека, чтобы вас преследовало это на протяжении долгих лет?

– Нет. Это делает вас несчастным?

– Это мучает мою совесть. Потому что никто никогда не узнает, что я сделал. Вы можете не верить, но бывает так, что живёшь в окружении близких людей много лет, а они даже не догадываются о том, каким ты можешь быть человеком, и человеком ли вообще.

– Что вы, охотно верю! Люди – необычные создания. Сколько людей я встретил на своём пути – я уже и сам плохо помню. Кто-то из них был вполне нормальным, но кто-то рассказывал немыслимые истории, порой даже пугающие, а иногда настолько трогательные, что самому становилось больно. И за много лет своего большого путешествия я пришёл наверняка только к одному – всё проходит. И у вас пройдёт.

– Вы когда-нибудь влияли на судьбу другого человека? Возможно, это был ваш друг или близкий родственник. Может быть жена? Сын? Или дочь? – Александр стал более эмоционально реагировать на высказывания своего собеседника. Ему казалось, что легко говорить, когда не понимаешь чужих проблем. Всё вокруг кажется простым, когда это происходит не с тобой.

Часто мы слушаем то ли советы, то ли чужие мнения – непонятно. Из-за вежливости, или потому что ищем поддержки. Есть ещё одна грань, которая часто стирается рядом с незнакомцем – желание высказаться. Александр не искал поддержки, и его не интересовало чужое мнение. Его душа лишь порывалась рассказать то, о чём он никогда и никому не говорил.

– Я? Нет. Никогда.

– Тогда почему вы так уверенно позволяете себе утверждать, что моё «всё» – пройдёт? – возмутился Александр.

– Думаю, для начала вам нужно всё рассказать – настойчиво сказал Алексей.

– Мне было десять. Тогда нам пришлось переехать в большой город, там я и познакомился со своим первым настоящим другом. Мне тяжело пришлось привыкать к новому месту и к новым людям. В первый же день в новой школе я умудрился упасть с лестницы и разодрать себе колено, но на тот момент было страшнее разорвать свои новые брюки, которые родители с трудом смогли позволить мне купить, – Александр едва заметно улыбнулся. – В тот момент, пока все смеялись, руку подал только один человек – мой новый одноклассник Мишка. Мне тогда хотелось плакать лишь из-за того, что я понимал, как сильно расстроится мама и как будет зол отец. Он пригласил меня домой, сказал, что его мама здорово шьёт, и поможет мне залатать штаны. Оказалось, что Мишка, как и я, хотел стать врачом и спасти весь мир. И мы стали мечтать вместе. Никогда не забуду, как в девятом классе Мишка гулял с белокурой девочкой с параллельного класса: водил её в кино, покупал мороженное, даже копил деньги, чтобы купить ей, как он говорил, «женильное кольцо». Лизка, спустя время, стала гулять с каким-то парнем из старших классов, а мы с Мишкой сожалели о несостоявшейся свадьбе, – Александр посмеялся. – Нет, ну ты только представь, нам было по пятнадцать. Свадьба – как глупо. Мы были вместе всегда. Мама даже говорила о том, что пора начать гулять с девочками, но какие девочки? Мы ходили на тренировки по футболу, затем по хоккею – бросали, учились играть на гитаре – бросали, даже шахматы не заинтересовали нас надолго. Два года в старших классах пролетели как один миг – незаметно. На выпускном мы изрядно подвыпили, а потом всем классом встречали рассвет. Тогда мы обменялись письмами во взрослую жизнь. До сих пор ношу его с собой. Оно уже, конечно, потрепалось, да и буквы не так хорошо читаются, но какая разница, если я знаю его наизусть? На вступительных экзаменах мы друг за друга держали кулачки за дверью, потом радостными воплями поздравляли друг друга с поступлением. Студенты-медики – финишная прямая к мечте. На учёбу мы бросали все силы, первые два года так совсем были невыносимы. Мы часто разговаривали о будущем, рассказывали друг другу о планах. Тогда в двадцать один я впервые встретил свою любовь… – Александр замолчал и о чём-то задумался.

Алексей не смог терпеть долгого молчания.

– Ну, а дальше?