«Последнее правило войны»

Максим Волжский

Последнее правило войны

У каждого свой путь, ведущий к смерти,

Сокрытый на листе в божественном конверте.

Один рождён в любви, обласканный богами,

Второй – гоняет мяч двужильными ногами.

Есть третий, в вечной боли, пятый – в ярком свете,

И всякий подотчётен – на примете.

Следит за нами Всемогущий Отче,

Подсказки отправляя звёздной почтой.

Вопрос: куда идём мы?.. для чего?

Пустой, как только что лужёное ведро.

Не знает человек конечной цели.

Дай Боже – не застрять на мели.

На обратной стороне Луны в городе ангелов нёс службу хранитель по имени Леги. Жил он в отдельном доме, по соседству с другими хранителями. Характер у него был сложный. Обществу ангелов Леги предпочитал одиночество и лишь изредка участвовал в пирах и турнирах.

 Хранители, это великие воины. Они умели править народами и блюсти тайну. Но однажды разливщик хмеля из звёздного бара – рассказал весёлой компании на пиру, что Леги, когда-то был человеком, что совершил он в земной жизни много подвигов и даже грозился убить демона из чёрной Вселенной. И если бы не хитрость лукавого, то у Леги был шанс умереть достойно. Но ещё неискушённый воин поддался тёмным уловкам и был отравлен ядом змеи, так и не выйдя на бой. Демон посмеялся над отвагой человека, опасаясь позора, потому что вступить врукопашную с землянином – недостойно великого монстра.

 Всемогущий Создатель прознал о несостоявшемся бое. Он оценил отвагу храброго землянина, наградив его безмерной платой, которой не награждался ни один человек. Создатель возродил Леги на планете ангелов Северной Звезды, даровав часть божественной силы и оставив память о прошлой жизни.

Из Леги вышел мудрый хранитель, лучший воин из всех воинов планеты, где ратным духом и кровью пропитан песок на океанских пляжах. По окончании семинарии ангелов Создатель отправил юного смотрителя на Землю, доверив стеречь племя белых берёз на комариных болотах.

С тех пор прошли века. Леги знал каждого из своих людей и понимал всех до единого. По утрам он читал желания близких, отбирая излишки человеческой жадности, боли и ярости. Расправив белоснежные крылья над страной, покрытой лесами, ангел пробуждал свой народ после ночи. Глядя на города и деревни, он постигал, как живёт белое племя. Хранитель северных земель заботился о подданных. Иногда вершил чудеса, посылая урожайную осень или тёплый февраль, но чаще оставался холоден и строг, поскольку прекрасно знал цели своих людей.

Убедившись, что племя здравствует, что границы не атакуют соседи, ангел отправлялся в зал вечного раздумья. В сумеречной питейной занимал привычное место и заказывал пиво. Из бездонного кубка он смаковал напиток, строя фантастическое будущее своего народа; а когда подступал хмельной туман и тоска о прошлом скребла сердце под серебряными латами, хранитель расчехлял двуручный меч и точил оружие о лунный камень, будто готовился вступить в сражение.

Леги не хватало настоящего подвига. Память предков заставляла помнить об обидах, принесённых его народу другими ангелами, живущими сегодня по соседству. У каждого хранителя был свой народ и каждый желал лучшей доли. Кто-то правил империями, другие тяготились бывшими победителями. Были и такие лентяи, чьи люди прозябали в нужде и неграмотности.

В один из лунных дней разливщик хмеля, веками обслуживающий ангелов – проболтался Леги. Звёздный бармен любил горький эль, потому порой был весьма разговорчив.

Он едко шептал на ухо, что ангелы земных народов завидуют Леги. Сетовал, что кто-то назвал хранителя северных земель бездельником, но не всерьёз, из зависти – будто шутя. Злые языки жалились разливщику, что им достались люди слабые, развратные, словоохотливые и неприлично требовательные к благам. Мол, народ у смотрителя холодного края невероятно смел, непритязателен и предан хозяину, словно зачат в созвездье Гончих Псов. Оттого у Леги много времени на раздумья и отдых; а другим ангелам приходится и днём, и после заката работать, чтобы убедить племена в своём величии и мистическом предназначении. К тому же надо кормить народ. Но где взять хлеб, если чахнут поля, и сохнут реки?

Разливщик шептал эту историю и смеялся над горькими жалобами. Он ведал истину и знал, отчего ропщут сплетники. Страх и зависть скрывались за язвенными упрёками лунных смотрителей.

Но разливщик всё-таки лукавил, высмеивая заговорщиков, выставляя их шутами. Потому что едкий смех лишь уловка шпиона, присматривающего за спесивыми гостями питейной. Разливщик вёл свою игру, угощая добрым хмелем. Ходили слухи, что при звёздном бармене надо держать рот на замке; поговаривали, что он докладывает об интригах самому Создателю.

Недомолвки и пересуды входу даже там на небесах. Леги знал о разливщике, как о ненадёжном тайнике. Но ангелу в серебряных латах нечего скрывать. Его совесть чиста перед Создателем миров. Выслушав звёздного бармена, хранитель северных людей лишь рассмеялся, назвав завистливых ангелов – добрыми шутниками.

Ещё не утихло эхо раскатистого смеха, облетевшее зал питейной, как Леги снова заказал кубок пива, – и разливщик щедро взбодрил его. Сделав несколько огромных глотков искромётного напитка, ангел севера укрылся пушистыми крыльями и безразлично вздремнул. Но спал он недолго.

В белом платье: от нижней строчки до строгого воротничка сплошь усыпанном бликами огненных комет – перед Леги явилась его соратница, страстная любовь по имени Гури. Прекрасная девушка сотрясала плечо земного хранителя, пробуждая его ото сна:

– Просыпайся. Просыпайся скорей! – шептала она.

Леги лениво открыл глаза и только зевнул в ответ тревожным словам.

– Что случилось? К чему дикие страхи, милая? – ответил он, не желая просыпаться, снова проваливаясь в дремоту.

Но обеспокоенная последними известиями Гури – не отставала, ещё сильнее схватив тонкими пальцами за плечо.

– Ангелы Земли собрались в смутном зале. В лунной тени они страстно обсуждают тебя, мой любимый. Ангелы встретились с разливщиком хмеля и, гремя мечами, жалуются ему, словно точно знают о твоей тайной связи с Создателем. Хранители складывают петицию, чтобы отправить её прямиком в канцелярию Творца. Они обижены на тебя. Это заговор, Леги. Будь осторожен, мой храбрый воин.

Хранитель севера потянулся. Его крылья затрепетали, пересчитывая каждое пёрышко, каждый волосок.

– Ты в самом деле тревожишься за меня? – улыбнулся хранитель. – Забавно будить льва, когда рядом пищат мыши. Это не заговор, Гури – это пьяный вздор неудачников. И какое мне дело до ангельских интриг? Они всегда недовольны. То у них много яркого солнца, то земля тонет в воде, то горы высокие, то камнепад из-за тряски гор. У наших ангелов во всём виноват, только Леги. Всегда есть причина для войны. Но, как и прежде я предан Создателю. Нет у варваров слов, чтобы подорвать мою дружбу с Богами. Нам не о чем беспокоиться. Это вздор.

Гури кивнула в ответ, приветствуя спокойствие своего фаворита. Но вспомнив разгневанных ангелов, снова взывала к нему.

– Я говорила с Готом. Я видел оскал Одина и прочла в глазах Ария лютую злость. Белые хранители теряют мир, отстроенный ими. Они боятся, что твой народ, устав от нападок и оскорблений, снова придёт к ним с войной. Никто не хочет, чтобы ратники севера принесли разруху и голод. А Лад просил передать тебе настоятельную просьбу.

Услышав имя старого друга, с которым Леги был когда-то близок, хранитель севера коснулся рукояти меча.

В былые годы они дружили, как братья. Даже проживали в одном доме. Им было весело и уютно вместе. Леги не боялся одиночества, никогда не страшился других хранителей, но ему отчаянно нравился юный ангел по имени Лад. Они были очень похожи. Оба носили белокурые волосы ниже лопаток, всегда одевались в серебряные латы и были задиристы, когда навещали разливщика. Их народы сражались на одной стороне во многих войнах. Леги уважал светлое пиво и был предан дружбе. Лад предпочитал тёмный эль, считая себя в тени храброго ратника с планеты Северной Звезды. Но Леги не придавал значения шёпоту за спиной.

Ангелы держались рядом, пока Лад не сошёлся с Готом. Сам Леги свёл их на пире после победы северного племени в очередной войне. Но в том нет вины Леги. Ангелы могли сговориться и раньше. Сражения на турнирах доступно всем. Они могли встретиться на единственной улице в городе ангелов, где совсем мало путников. К тому же Лад и Гот не единожды встречались у стойки звёздного бара, играя в кости, считая золотые монеты.

Лад сложил скромное оружие на колесницу, бросив ненужным грузом и свой доспех, который блистал подобно доспехам Леги, но никогда не был так крепок и блистателен в настоящем бою. Оказалось, что Лад всегда завидовал хранителю севера. Послушав Гота, Одина и Ария, он переехал на окраину города, а Леги не простил измену, и дружба братская умерла, словно её и не было никогда.

Поднимаясь во весь свой гигантский рост, хранитель севера стряхнул с белокурых волос снежный иней. Гури оказалась ему по грудь. Опустив взгляд, Леги посмотрел на женщину божественной красы.

– Ты говорила с Ладом и назвала это имя вслух? Значит, и правда дела тревожны. Лад мне был ближе брата. Ты знаешь, что он прихватил с собой секрет моего оружия, о котором ему известно лишь с хмельных слов. Так что же хочет страж предательского племени? Неужели он сумел заразить и тебя своим лживым смехом?

Гури обняла любимого, прижавшись к нему. Она погладила чуть взлохмаченные крылья, незаметно выдернув один волосок – на память – вдруг его сегодня убьют.