«Терра политикана»

Александр Глухов

Терра политикана

Не знаю, как назовут впоследствии путинское правление. Вероятнее всего – вторым застоем, по аналогии с временами добродушного властителя, в меру недалекого, в меру порядочного Леонида Брежнева. Хотя, положа руку на сердце, тот застой был уж очень относительным, а жизнь обычных людей, с 1964 по 1982 годы поменялась кардинально. По-настоящему массовое строительство жилья при шлось на брежневскую эпоху, хотя затеяно его предшественником, эксцентричным лысиком Никитой Хрущёвым, или, как чаще его именовали в народе – Хрущом. Колхозы уступили место совхозам, что, по правде говоря, не лучшим образом сказалось на сельском хозяйстве и породило прослойку деревенских лодырей – полутунеядцев, но в целом и город и село стали жить гораздо вольготнее. Любые потуги пропагандистов, козырными валетами воспевающие нулевые, десятые и двадцатые годы 21 века, безжалостно бьются козырными тузами бесплатного жилья, козырными королями бесплатного образования (даже со стипендией в вузах и техникумах) и козырными дамами бесплатной медицины, брежневского правления. Из этих слов не стоит делать вывод о моём почтении к второильичевской эпохе и к самому грузному генеральному политикану, а он им являлся без всякого сомнения.

История России, а также мировая пестрит политиканами. Настоящих политиков можно перечислить по пальцам. Кстати, впервые такое слово я услышал по радио в шестидесятые годы 20 века и пристал к отцу, требуя объяснить, что оно означает. Мы с братом пилили дрова для отцовой тётки в доме напротив, а он с удовольствием выпивал четвертинку и покрикивал на нас, подгоняя. Нам, справедливости ради надо сказать, тоже предназначался гонорар в тридцать копеек, что равнялась бутылке дорогого лимонада, но, лишь после выполнения работы. Батя от моей назойливости отмахнулся, зато его тётка, которой я доводился внучатым племянником, просто и доходчиво растолковала:

– Видишь за забором у Королёвых канов и канок (так у нас называли индюков и индеек), вот они и есть такие же сопливые каны, только-политические.

Я понят, но уточнил на всякий случай:

– Сопливые, потому что молодые ещё?

– Нет, они от злости сопливые…

В реальности, родня моя, в большинстве, отличалась темнотой и дремучестью. У моей бабушки, доброй, но слегка эмоциональной и вздорной, имелись три брата и две сестры. Старший – Михаил