«Переломный хребет»

Дарья Нестерова

Переломный хребет

Маму поховала

За всю жизнь моя бабка путешествовала лишь дважды. Первый раз, когда её сослали в Сибирь. И второй – когда её прах на родину отправили почтой.

– Не по-христиански это, – возмущался дядя, когда бабка впервые заговорила о кремации. Это было особенно иронично, учитывая, что ему она приходилось нелюбимой тёщей. А сын его состоял в религиозной секте. Бабка настаивала: половину праха захоронить с мужем в Сибири, остальное на хуторе в Загоровке. Дядя сопротивлялся, сколько мог. Но сомнительной его любви к Христу не хватило, чтобы встать между Украиной и ссыльными хохлами.

Семью сослали в Кемеровскую область еще в начале 1940-х гг. Борьба с неугодными на Украине тогда велась просто: обвиняли в связях с Бандерой – и на выселки. Бандеровцами мы не были. Единственная наша вина была лишь в том, что мы хорошо жили. За плодородные земли и социальное влияние с нас потребовали плату, оправданную лишь военным временем, – нашу жизнь. Мужчин расстреляли, а женщин сослали. Жалостливой Советская власть оказалась лишь к маленькому Феде. Безжалостной к нему оказалась русская зима: Федя насмерть замёрз в поезде ещё по пути в Сибирь. Всё это сделало мою запоздало раскулаченную семью ожесточённой, а мою бабку злой и бескомпромиссной. И пока её зять сопротивлялся такой же бескомпромиссной воле к кремированию, дочери полностью разделяли желание матери превратиться в порошковую субстанцию.