«Год собаки»

Это был год собаки, в этот год всё и началось… Земля перестала родить, и во всём мире начали портится продукты. В крупах и муке появлялись жучки и черви, а на консервах плесень. Вслед за продуктами стали пропадать лекарства, мутнели ампулы, крошились и рассыпались таблетки. Время словно замерло, зарядили проливные дожди и всё никак не могло наступить лето. Люди стали забывать о том, что такое солнце, а однажды из города исчезли все бродячие коты и собаки. Я сам не видел, но говорили, что они ушли в одну из ночей, сбившись в огромную бесконечную стаю. Кто-то радовался этому, а кто-то видел в этом дурной знак.

Мы тоже решили уходить. Мы, это люди с нашей улицы, их родные и друзья. Мы решили уйти подальше из города по следам животных, построить теплицы и растить хлеб сами. Говорили, что есть места, где дожди не такие сильные, и даже иногда видно солнце. Мы решили отыскать такое место.

Несколько месяцев мы собирали продукты и готовили вещи к походу. Распределяли обязанности и уточняли маршрут. Базой нам служил один из старых складов. Но несмотря на все наши усилия, продукты и лекарства продолжали портиться всё быстрее, вдобавок усилились дожди, и мы решили уходить раньше, не завершив подготовки.

– Вот правы учёные, виной всему невидимые бактерии – спорил Серёжа, по привычке, со своим соседом, – это новая эпидемия.

– Да нет же. Всё подстроено, это борьба за рынки сбыта, – устало отвечал сосед, имя которого я постоянно забывал.

– Причём тут рынки? – не соглашался Серёжа, – это эпидемия, как грипп.

– Как же, эпидемия, – вяло отзывался сосед, – у корпорации же продукты не портятся, покупай у них «чистые» продукты в три раза дороже. Эпидемия жадности.

– А я слышал, что уже и у них продукты портятся. Нет, ну вы посмотрите, и в этом мешке жучки, – и Сергей нарисовал баллончиком с краской, на мешке, жирный красный крест. Мешок был пластиковый, и герметично запаянный, перед запайкой мы дважды просеивали крупу, откуда теперь в ней появились жучки оставалось загадкой.

– В любом случае, во всём виноваты люди, – немного помолчав, ответил Василий Анатольевич, с которым мы перебирали лекарства, – всему виной мы.

– И чем же это мы провинились? – оживился Серёжа.

– Возможно, на это каждый сам себе должен ответить. Каждый должен сам понять в чём ему покаяться.

Это был год собаки, в этот год всё и началось… Земля перестала родить, и во всём мире начали портится продукты. В крупах и муке появлялись жучки и черви, а на консервах плесень. Вслед за продуктами стали пропадать лекарства, мутнели ампулы, крошились и рассыпались таблетки. Время словно замерло, зарядили проливные дожди и всё никак не могло наступить лето. Люди стали забывать о том, что такое солнце, а однажды из города исчезли все бродячие коты и собаки. Я сам не видел, но говорили, что они ушли в одну из ночей, сбившись в огромную бесконечную стаю. Кто-то радовался этому, а кто-то видел в этом дурной знак.

Мы тоже решили уходить. Мы, это люди с нашей улицы, их родные и друзья. Мы решили уйти подальше из города по следам животных, построить теплицы и растить хлеб сами. Говорили, что есть места, где дожди не такие сильные, и даже иногда видно солнце. Мы решили отыскать такое место.

Несколько месяцев мы собирали продукты и готовили вещи к походу. Распределяли обязанности и уточняли маршрут. Базой нам служил один из старых складов. Но несмотря на все наши усилия, продукты и лекарства продолжали портиться всё быстрее, вдобавок усилились дожди, и мы решили уходить раньше, не завершив подготовки.

– Вот правы учёные, виной всему невидимые бактерии – спорил Серёжа, по привычке, со своим соседом, – это новая эпидемия.

– Да нет же. Всё подстроено, это борьба за рынки сбыта, – устало отвечал сосед, имя которого я постоянно забывал.

– Причём тут рынки? – не соглашался Серёжа, – это эпидемия, как грипп.

– Как же, эпидемия, – вяло отзывался сосед, – у корпорации же продукты не портятся, покупай у них «чистые» продукты в три раза дороже. Эпидемия жадности.

– А я слышал, что уже и у них продукты портятся. Нет, ну вы посмотрите, и в этом мешке жучки, – и Сергей нарисовал баллончиком с краской, на мешке, жирный красный крест. Мешок был пластиковый, и герметично запаянный, перед запайкой мы дважды просеивали крупу, откуда теперь в ней появились жучки оставалось загадкой.

– В любом случае, во всём виноваты люди, – немного помолчав, ответил Василий Анатольевич, с которым мы перебирали лекарства, – всему виной мы.

– И чем же это мы провинились? – оживился Серёжа.

– Возможно, на это каждый сам себе должен ответить. Каждый должен сам понять в чём ему покаяться.