«Рыбалка на Кабаньем озере»

Наталья Медведская

Рыбалка на Кабаньем озере

Инна Павловна, нервная блондинка тридцати двух лет от роду, решила отправить сына в деревню к родителям. Она не знала, что Денис слышал весь разговор и теперь в своей комнате злится и радуется одновременно. Злится за страшные слова о смерти, произнесённые ею в трубку с надрывом и слезами, а радуется будущей поездке. Денис не надеялся, что ещё хоть раз сможет пойти с дедушкой на рыбалку. Последние три года из своей десятилетней жизни он провёл в больнице, ненадолго выходя из неё в большой мир. Рыбалка в его памяти осталась самым прекрасным воспоминанием. Диагноз туберкулёз зачеркнул прошлую жизнь мальчика. Инна не могла поверить, что палочка Коха, вроде бы побеждённая врачами, в случае с её сыном не сдаётся и уничтожает её единственного ребёнка.

Денис быстро приспособился к новым условиям: знакомился с другими пациентами, играл, делал уроки, получая задания по интернету, и совершенно не понимал отчаяния матери. Денис почти не ощущал своей болезни, его больше угнетало лечение. Он не боялся смерти: верил, что не может умереть полностью, вот просто не может и всё. Что-то обязательно от него останется, и он научится этим управлять. Взрослые многого не понимают и устраивают трагедию на пустом месте. Денис не любил, когда мама плакала, пытался ей объяснять, но она его не слышала. Взрослые вообще редко слушают по-настоящему. Вот и сегодня мама заявила бабушке, что не желает смотреть, как умирает сын, привезёт его к ним и пусть хотя бы последние дни он проведёт на природе.

Денис уложил вещи в рюкзак, натянул на лысую голову любимую кепку.

– Ты уже собрался? Правда, хорошая идея отдохнуть в деревне? Окрепнешь на свежем воздухе, поправишься на натуральных продуктах. – Губы Инны Павловны задрожали. Она, будто впервые, увидела сына: на исхудалом лице неестественно блестели ярко-голубые глаза, сквозь бледную кожу просвечивали вены, на щеках горел странный лихорадочный румянец, тонкий нос остро торчал из-под кепки с заломленным козырьком, Судорожно проглотив ком, возникший в горле, Инна Павловна пригладила ладонями пушистые светлые волосы и бодро продолжила: – Осенью в школу пойдёшь загорелый и сильный… – На этих словах она умолкла и, закрыв лицо руками, выбежала из комнаты.

Наталья Медведская

Рыбалка на Кабаньем озере

Инна Павловна, нервная блондинка тридцати двух лет от роду, решила отправить сына в деревню к родителям. Она не знала, что Денис слышал весь разговор и теперь в своей комнате злится и радуется одновременно. Злится за страшные слова о смерти, произнесённые ею в трубку с надрывом и слезами, а радуется будущей поездке. Денис не надеялся, что ещё хоть раз сможет пойти с дедушкой на рыбалку. Последние три года из своей десятилетней жизни он провёл в больнице, ненадолго выходя из неё в большой мир. Рыбалка в его памяти осталась самым прекрасным воспоминанием. Диагноз туберкулёз зачеркнул прошлую жизнь мальчика. Инна не могла поверить, что палочка Коха, вроде бы побеждённая врачами, в случае с её сыном не сдаётся и уничтожает её единственного ребёнка.

Денис быстро приспособился к новым условиям: знакомился с другими пациентами, играл, делал уроки, получая задания по интернету, и совершенно не понимал отчаяния матери. Денис почти не ощущал своей болезни, его больше угнетало лечение. Он не боялся смерти: верил, что не может умереть полностью, вот просто не может и всё. Что-то обязательно от него останется, и он научится этим управлять. Взрослые многого не понимают и устраивают трагедию на пустом месте. Денис не любил, когда мама плакала, пытался ей объяснять, но она его не слышала. Взрослые вообще редко слушают по-настоящему. Вот и сегодня мама заявила бабушке, что не желает смотреть, как умирает сын, привезёт его к ним и пусть хотя бы последние дни он проведёт на природе.

Денис уложил вещи в рюкзак, натянул на лысую голову любимую кепку.

– Ты уже собрался? Правда, хорошая идея отдохнуть в деревне? Окрепнешь на свежем воздухе, поправишься на натуральных продуктах. – Губы Инны Павловны задрожали. Она, будто впервые, увидела сына: на исхудалом лице неестественно блестели ярко-голубые глаза, сквозь бледную кожу просвечивали вены, на щеках горел странный лихорадочный румянец, тонкий нос остро торчал из-под кепки с заломленным козырьком, Судорожно проглотив ком, возникший в горле, Инна Павловна пригладила ладонями пушистые светлые волосы и бодро продолжила: – Осенью в школу пойдёшь загорелый и сильный… – На этих словах она умолкла и, закрыв лицо руками, выбежала из комнаты.