«Во всём виноват лук»

Андрей Говера

Во всём виноват лук

Семён вырос в необычной семье. Конечно, если взглянуть на неё со стороны, то вы увидите ничем не примечательных людей, идущих в начале девяностых годов по центральному парку города. Внутри этого котла заварилось странное, порой страшно невкусное зелье из генетически связанных друг с другом ингредиентов. Вся страна состояла из таких малозаметных и часто мрачных людей.

Папа Пётр, глава семейства Морозовых, был чуть выше ростом всех остальных: жены и сына. На нём была надета старая поношенная кожаная куртка, синие сильно потёртые в районе колен джинсы, кеды с оранжевой подошвой и бейсболка с пришитыми, достающимися изнутри основания головного убора «ушами». Весна на улице всё-таки. Обычно он изнашивал вещи до дыр, шёл в ближайших секонд-хенд и покупал первые успешно примеренные штаны, рубашку, куртку и т.д., и т.п.

Пётр очень много работал, все деньги, заработанные «у станка», он приносил домой и клал в общую с женой копилку, откуда уже деньги улетали на различные нужды. Чаще бюджет тратился на оплату коммунальных услуг, продукты питания, одежду и различные необходимые сыну для обучения в школе вещи.

Несмотря на очевидную неопрятность и изношенность вещей, выглядел он всегда достаточно опрятно и статно. Прямая спина и почти армейский шаг. Если бы во время его пеших прогулок кто-то рядом включил «Катюшу», то окружающие недоумевали бы и нашёптывали друг другу текст, прикрывая рот ладонью: «А почему это мужчина марширует в марте? Какой-то ненормальный!»

Особую привлекательность ему придавали глубоко посаженные голубые глаза на фоне почти альбиносово-белой кожи. Из-под бейсболки торчали рыжие, средней длины волосы. Что-то между Филиппом Киркоровым из девяностых и Валерием Леонтьевым нулевых, но только рыжий. Ни одной рыжей звезды не могу вспомнить, может быть, есть кто-то перекрашенный, но мне это, к сожалению, неизвестно. Местами луковицы на голове Петра начинали отмирать, о чём он на тот момент ещё не догадывался.