«А был ли Вася?»

Лами Данибур

А был ли Вася?

Маленький мальчик заботу нашёл.

Нянчился долго, с ней к Богу пошёл.

– Вот ты дурак! – покрутил пальцем Бог.

С этой заботой Василий и сдох.

Василёк родился утром в воскресенье.

– Какой красавчик! – сказала мама.

– Вполне себе обыкновенный, – угрюмо промычал отец.

– А, пойдёт! Туповат, но с кем не бывает, – смирился с мыслью старший брат.

И закрутилось.

Небо голубое, солнце яркое, трава мягкая!

Мама обнимала нежно. Папа учил обходить острые углы. Брат брал своё.

Едва Васятка научился радоваться жизни, его отдали в детский сад.

Глашка с двумя хвостиками улыбнулась и угостила конфетой.

Очкастая Валь Иванна погрозила пальцем, мол, туда нельзя, сюда нельзя, никуда нельзя! Будь паинькой!

Вредный Антон – Мальчиш-Плохиш толкнул в лужу.

– Держи удар! Это первый, но не последний, – подмигнула жизнь.

И понеслось.

Облачно, грязь.

В школе Васян не успевал отхватывать. Только расслабится – хук справа, насмешка или замечание в дневник.

Отбивался, отбрыкивался, показывал зубы. Понял – сила есть!

И поехало.

Гром и молнии, асфальтированная дорога.

Выжил из школы на первом же полустанке. За плечами идеальная безответная.

Училище, вторая безответная, служба – прощайте, передние!

– Врёшь! Меня не возьмёшь!

Васёк с друзьями! Свободен, молод, хотя уже со вставными, всё так же рад и счастлив.

Работа, работа, иди на Федота!

Пью, гуляю, меры не знаю.

– Кто это? Машка? Один раз можно!

Други, драки, мраки, что-то похожее на любовь.

Свидетельствует на свадьбе уже в десятый раз. Друзья делают вид, что взялись за ум, пора, значит.

Работу работает.

Страшно одному без кольца.

Что-то похожее всё ещё рядом – ждёт, надеется и верит.

– Эх, что делать? Как быть? Скучно. Все пристроились, одомашнились. Ладно, женюсь! Невеста с приданым – я всё продумал.

Неплохо устроился! Ноги моет, на коленях стоит, говорит, что любит.

– Фиг с ней, принимаю, ну и пусть, что рыжая!

Лами Данибур

А был ли Вася?

Маленький мальчик заботу нашёл.

Нянчился долго, с ней к Богу пошёл.

– Вот ты дурак! – покрутил пальцем Бог.

С этой заботой Василий и сдох.

Василёк родился утром в воскресенье.

– Какой красавчик! – сказала мама.

– Вполне себе обыкновенный, – угрюмо промычал отец.

– А, пойдёт! Туповат, но с кем не бывает, – смирился с мыслью старший брат.

И закрутилось.

Небо голубое, солнце яркое, трава мягкая!

Мама обнимала нежно. Папа учил обходить острые углы. Брат брал своё.

Едва Васятка научился радоваться жизни, его отдали в детский сад.

Глашка с двумя хвостиками улыбнулась и угостила конфетой.

Очкастая Валь Иванна погрозила пальцем, мол, туда нельзя, сюда нельзя, никуда нельзя! Будь паинькой!

Вредный Антон – Мальчиш-Плохиш толкнул в лужу.

– Держи удар! Это первый, но не последний, – подмигнула жизнь.

И понеслось.

Облачно, грязь.

В школе Васян не успевал отхватывать. Только расслабится – хук справа, насмешка или замечание в дневник.

Отбивался, отбрыкивался, показывал зубы. Понял – сила есть!

И поехало.

Гром и молнии, асфальтированная дорога.

Выжил из школы на первом же полустанке. За плечами идеальная безответная.

Училище, вторая безответная, служба – прощайте, передние!

– Врёшь! Меня не возьмёшь!

Васёк с друзьями! Свободен, молод, хотя уже со вставными, всё так же рад и счастлив.

Работа, работа, иди на Федота!

Пью, гуляю, меры не знаю.

– Кто это? Машка? Один раз можно!

Други, драки, мраки, что-то похожее на любовь.

Свидетельствует на свадьбе уже в десятый раз. Друзья делают вид, что взялись за ум, пора, значит.

Работу работает.

Страшно одному без кольца.

Что-то похожее всё ещё рядом – ждёт, надеется и верит.

– Эх, что делать? Как быть? Скучно. Все пристроились, одомашнились. Ладно, женюсь! Невеста с приданым – я всё продумал.

Неплохо устроился! Ноги моет, на коленях стоит, говорит, что любит.

– Фиг с ней, принимаю, ну и пусть, что рыжая!