«Комета в решете»

Комета в решете

Троица друзей

Дети старались приносить ему еду каждый вечер. И всё же были моменты, когда сбежать из приюта не удавалось помногу дней: ведь никто не будет спорить, что два дня – это уже много! Тогда после отбоя, они ворочались на своих койках и всё ни как не могли уснуть.

– Вовчик! Во-о-овчик, Вовчик! – шёпотом, близким к приглушённому крику, позвал своего друга Лёха.

– Вовчик, ты что – спишь?! Почему молчишь? Спишь чтоль?! Эй!

– Да, тише ты! – донеслось с другого конца длинной комнаты в ответ, – разорался мне!

– Не спишь?

– Нет, конечно, а то кто бы тебе сейчас смог ответить?

– Да, мало ли, спишь и отвечаешь, что не спишь. Всякое бывает.

– Такого не бывает.

– Да как же! Вдруг ты лунатик?

– Лунатики не разговаривают, остолоп ты.

– Ай! – отмахнулся Лёха, – Я вот тоже не сплю. Не получается.

Вовчик ничего не ответил. Лёха несколько раз вздохнул, пару раз цокнул, а затем натянул одеяло под самый нос. На какое-то время воцарилась тишина. Вовчик перевернулся на другой бок, стараясь уснуть, однако дело казалось бесполезным, к тому же каждую минуту он украдкой поглядывая на окно. Кажется за ним кто-то ходил. Или то были лишь тени раскачиваемых ветром деревьев.

Лёха решил, что если он сильно прислушается, то сможет разобрать тиканье большущих напольных часов в коридоре. Они всегда казались друзьям чем-то из другого мира, давно потерявшегося за бессчётным количеством отбитых секунд. Лет часам было ещё больше, чем дяде Вите – добродушному, стареющему детскому психологу, содержащему этот самый детский дом. Ни Лёха, ни Вовчик, ни тем более самый младший из тройки друзей – Денчик – не знали никого старее него, поэтому любую вещь, да пусть само время, они мерили дядей Витей. Сам Виктор Петрович сильно удивился бы такой оценке его возраста.

Часы тикали. Тик. Тик. Тик.

– Лёха! – послышался отчаянный зов с противоположного угла комнаты, где ворочался Вовчик, вывернув наизнанку уже всю постель.

– А? Что? – резко открыл глаза Лёха, убаюканный часами, как будто они были голосом его воображаемой мамы.

– Не, не сплю. Отстань. Дай поспать, – Лёха отвернулся к стенке.

– А как там Денчик?

– Как всегда.

– Дрыхнет опять? – возмутился Вовчик.