«Уфимские девчонки»

Марианна Давлетова

Уфимские девчонки

Ресторан «Мираж» пафосный и неуютный. Поначалу, когда только попадаешь внутрь, он кажется величественным. Но приглядевшись, понимаешь – медные статуи рыцарей, соседствующие с золотистыми львами и героями русских сказок – нелепое сочетание. По всей видимости, хозяин ресторана решил воплотить свои фантазии в жизнь. Однако подвел вкус и чувство меры.

В меню разнообразные блюда, а на деле нет ни обещанных устриц с лимонным соком, ни долмы, ни…

Сижу с компанией. Рассматриваю женщину за соседним столом. Она похожа на мою подругу из детства. Она ли? Подхожу:

– Лилька! Это ты?

Женщина вздрагивает и смотрит мне в глаза. Отстраняется.

– Привет. Ну, ничего себе…– отвечает она.

Улыбка ее неискренняя, а я хорошо чувствую такие вещи.

Оказывается, они с мужем отдыхают тут, отмечают годовщину свадьбы. Но все это уже не имеет никакого значения.

Лиля моя соседка по подъезду. В восемьдесят седьмом мы переехали в дом номер один по улице Авроры. Эта серая девятиэтажка оправдывала свой номер – была единственной высокой постройкой в радиусе полутора километров.

До четырех лет я росла в общежитии. Пятнадцатиметровая комнатушка с решетками на окнах, один туалет на весь этаж. Запах сваренных щей смешивается с благоуханием поджаренных котлет, аромат убежавшего молока соединяется с вонью протухшей селедки…

Тут нечисто, неопрятно, как и во всех общагах. Тяжело создать уют, когда у тебя куча вещей и книг, а в комнате нет ни шкафа, ни полок. Все добро разложено по коробкам и громоздится на полу, покрываясь пылью.

Но как же здесь весело в общем коридоре! Ребятня катается наперегонки на велосипедах. Взрослые спокойно переступают через нас, когда мы своей бандой усаживаемся на корточки, замышляя очередную игру.

В восемьдесят шестом папа, мама и я приехали в первый раз посмотреть нашу будущую квартиру. В подъезде запах известки. Я цокаю сапожками по лестнице, пытаясь понять – а где же люди-соседи?

Тут, на подоконнике своей комнаты я оставляю красного пластмассового медведя: «Пускай охраняет квартиру, я скоро вернусь…»

Я несколько раз оборачиваюсь на него, когда мы удаляемся от дома. Мама и папа о чем-то разговаривают, и я чувствую, что они рады переменам. Радуюсь ли я? Мне все равно – хорошо им, хорошо и мне.

Марианна Давлетова

Уфимские девчонки

Ресторан «Мираж» пафосный и неуютный. Поначалу, когда только попадаешь внутрь, он кажется величественным. Но приглядевшись, понимаешь – медные статуи рыцарей, соседствующие с золотистыми львами и героями русских сказок – нелепое сочетание. По всей видимости, хозяин ресторана решил воплотить свои фантазии в жизнь. Однако подвел вкус и чувство меры.

В меню разнообразные блюда, а на деле нет ни обещанных устриц с лимонным соком, ни долмы, ни…

Сижу с компанией. Рассматриваю женщину за соседним столом. Она похожа на мою подругу из детства. Она ли? Подхожу:

– Лилька! Это ты?

Женщина вздрагивает и смотрит мне в глаза. Отстраняется.

– Привет. Ну, ничего себе…– отвечает она.

Улыбка ее неискренняя, а я хорошо чувствую такие вещи.

Оказывается, они с мужем отдыхают тут, отмечают годовщину свадьбы. Но все это уже не имеет никакого значения.

Лиля моя соседка по подъезду. В восемьдесят седьмом мы переехали в дом номер один по улице Авроры. Эта серая девятиэтажка оправдывала свой номер – была единственной высокой постройкой в радиусе полутора километров.

До четырех лет я росла в общежитии. Пятнадцатиметровая комнатушка с решетками на окнах, один туалет на весь этаж. Запах сваренных щей смешивается с благоуханием поджаренных котлет, аромат убежавшего молока соединяется с вонью протухшей селедки…

Тут нечисто, неопрятно, как и во всех общагах. Тяжело создать уют, когда у тебя куча вещей и книг, а в комнате нет ни шкафа, ни полок. Все добро разложено по коробкам и громоздится на полу, покрываясь пылью.

Но как же здесь весело в общем коридоре! Ребятня катается наперегонки на велосипедах. Взрослые спокойно переступают через нас, когда мы своей бандой усаживаемся на корточки, замышляя очередную игру.

В восемьдесят шестом папа, мама и я приехали в первый раз посмотреть нашу будущую квартиру. В подъезде запах известки. Я цокаю сапожками по лестнице, пытаясь понять – а где же люди-соседи?

Тут, на подоконнике своей комнаты я оставляю красного пластмассового медведя: «Пускай охраняет квартиру, я скоро вернусь…»

Я несколько раз оборачиваюсь на него, когда мы удаляемся от дома. Мама и папа о чем-то разговаривают, и я чувствую, что они рады переменам. Радуюсь ли я? Мне все равно – хорошо им, хорошо и мне.