«Автобус № 1998»

Михаил Бушнев

Автобус № 1998

Заходя в автобус, я сразу почувствовал, что вокруг что-то не то. И странное ощущение в ладони. Тут я понял, что поручень ребристый и очень знакомый на ощупь. Знакомый где-то в районе детства или кудрявой юности. Он был не безлико и приторно гладкий, как у современных автобусов.

И тут начали возникать остальные чувства. Как будто одна за одной нажимались кнопки, и я все прочнее и прочнее проявлялся в этой странной реальности. В уши ворвалось какое-то пионерско-бодрое приветствие на фоне заставки MTV, а потом заиграл трек группы Prodigy.

Я поднял глаза и понял, что нахожусь в автобусе, которые в Москве не ходят по маршрутам лет пятнадцать. Вы помните те округлые красные и желтые ЛиАЗы, которые бороздили города в 90-х? Вот в салоне такого автобуса я полностью пришел в себя. Вокруг было полно ребят лет 14-15, и я начал понимать, что или я сошел с ума, или перепил и очнулся на ретро-дискотеке, или с временем что-то случилось, а я оказался тем счастливчиком (или наоборот?), который нырнул в прошлое.

Современные подростки, увидев тех ребят, подумали бы, что попали на фрик-вечеринку или в дурдом. Но я-то знал каждый элемент одежды и все то, что окружившие меня ребята считали невероятным кичем, сам перетаскал в школьные годы. Гриндерсы, спортивные штаны с кнопками по всей длине и яркими кислотными полосами, фенечки, банданы с названиями групп, рюкзаки-мешки, кроссовки на платформе и крашенные не пойми чем волосы.

Я стоял в проходе автобуса и разве что не бил себя по щекам. А на меня уже с интересом смотрели обитатели автобуса.

На смену Prodigy пришло «Письмо» Децла, а автобус набирал ход в неизвестном направлении.

– Клевые кроссовки, правда, немного странные, но тема, – один из местных пошел на контакт, ткнув пальцем в мои свежекупленные Nike.

– За сколько брал?

Я на автомате ответил: «Двести евро», – продолжая напряженные мыслительные процессы на тему происходящего.

– Ммм. А что такое евро? Типо доллара, но из другой страны?

– Узнаешь через пару лет, – машинально ответил я, понимая, что нахожусь примерно в 1998 году.

– А это что за штука?