«Смертельное дуновение»

– Мам, ты опять на всю ночь? – Марина, обиженно насупившись, смотрела на мать.

– Да Мариш, – Надежда, придирчиво оглядывала себя в зеркале. – Ну ладно, кончай кукситься! – прикрикнула она на дочь. – Что ещё за капризы, ты большая, целых двенадцать лет. Не век же с матерью жить будешь.

– А если дедушка позвонит? – плаксивая гримаса не сходила с худенького лица девочки.

Теперь уже и Надежда недовольно скривила губы. Отец, когда узнавал об её очередном ночном "вояже", не мог сдержаться и крыл родную дочь матом, не стесняясь внучки. Из-за этого, прежде всего, Надежда и покинула родительский кров, купила собственную квартиру. Правда, особенно отдаляться от родителя она не собиралась, потому и квартиру присмотрела неподалёку. Для неё матери-одиночки помощь отца была просто необходима. Нет, отец у Надежды вполне положительный, однако после смерти матери принимал слишком активное участие в жизни дочери и внучки. Но тридцатипятилетняя Надежда всегда жила "своим умом", и давления извне, даже со стороны родного отца, не терпела. Возможно, по той же причине не сложилась у неё семейная жизнь и с отцом Марины…

Так или иначе, но Надежда всегда делала то, что хотела и почти всегда добивалась желаемого. Ещё на излёте советской эпохи, будучи "молодым специалистом", она настолько успешно внедряла "перестроечные новшества" в заплесневелую систему советской торговли, что её заметили и начали "двигать". Ну, а как наступила рыночная стихия её задатки "бизнесвумен" проявились во всём блеске. Пока пассивное большинство горевало по гарантированной советской "пайке", причитало, что при капитализме, из бывших советских только "чёрные" да евреи смогут процветать… Надежда настолько успешно опровергала это общественное мнение, что многие из её прежних знакомых, всерьёз засомневались – русская ли она. Она же сумела так "прокрутиться", что с девяносто шестого года возглавляла секцию большого супермаркета, входила в состав его руководства, имела валютный счёт, не говоря уж о квартире и машине.