«Месть»

Часть первая. Одинокий выстрел.

Ясный зимний день подходил к концу. Мороз наступал, ветер начинал все сильнее закручивать падающие с неба хлопья. Солнце скрылось за горизонт и сумерки готовились вступать в свои права. На краю поляны стояли охотники. Рядом с ними, на снегу, сваленные в кучу лежали тушки убитых зайцев. Мужчины бурно обсуждали более, чем удачный результат. Большинство из них были гостями местного жителя Александра Петровича, который являлся организатором этой охоты. Он сиял от сыпавшихся в его адрес комплиментов и восторженных отзывов гостей относительно приёма и такой добычи. Немного в стороне стоял Сергей Фомич. Ещё в детстве ему дали прозвище – Фома. С тех пор так все его и называли. Обычно улыбчивый, дружелюбный и довольный жизнью, в этот раз он был спокоен и задумчив. Он посмотрел на убитых зверей и про себя выругался. Не зря не хотел идти на эту охоту. Петрович уговорил. Мол, «поддержи, ты – местный, лес знаешь, люди важные, в долгу не останутся». Черт меня дернул согласиться… Фома и сам был заядлым охотником с детства. Но всегда знал меру. Даже в пылу азарта умел вовремя остановиться. – А Петрович молодец, – подумал про себя – не пропадет. Не зря же он единственный в деревне, кто додумался зарабатывать на обслуживании городских гостей. Идея была выгодная. И вкладывать ничего не надо. Домик для ночлега и баня от матери остались. А зверь – вот он, бегает, природой вскормленный.

Вдруг одного из охотников, а потом и всех остальных, что-то привлекло на противоположной стороне поляны. Фома начал всматриваться. Как раз там, где начинался лес, между деревьями петляла волчица. Спокойно и уверенно, не поворачивая головы, шла она известным только одной ей маршрутом. Углубись волчица на один-два метра в лес, ее бы уже не заметили. Фома посмотрел на реакцию охотников и заметил воодушевление Петровича. Перевёл взгляд в сторону леса.

– Что за чёрт. Не чует что ли? – проговорил еле слышно. Металлический звук передергивающегося затвора развеял сомнения. Он посмотрел в сторону и увидел, как Петрович под одобрительные возгласы мужиков начинает «выцеливать» волка.

– Петрович, не надо! Да зачем он тебе …

Выстрел прервал возмущенные высказывания Фомы…

Часть вторая. В логове.

Он лежал на боку в полудрёме и наблюдал, как беззаботно резвится выводок. Волчата кидались друг на друга, кусались, валялись. Пройдет немного времени, и эти беззаботные маленькие пушистые клубочки начнут превращаться в полноправных хозяев леса. Станут претендовать уже не на материнскую грудь с молоком, а на настоящую добычу. Так всегда было, есть и будет. Но пока вся их жизнь – это отец, мать и логово.

Звук выстрела вдали заставил Его встрепенуться и поднять голову. Он вслушивался. «Одиночный. Странно. Люди уже давно прошли. Выстрелов было много, а это значит, они взяли, что хотели". Он знал, что один выстрел в тишине всегда обрывает чей-то след. Солнце уходит, а Её всё нет. Чутьё породило чувство тревоги…

Часть третья. По следу.

Он недолго плутал, прежде чем вышел на след. Пробрался на край леса, остановился, прислушался. Тихо. Запаха и звука человека нет. «Вперёд, дальше по следу». Темнело. Следы уже были едва различимы, но Её запах становился всё сильнее. Ещё немного… Вот оно, то место. Красное пятно на снегу обрывало путь волчицы. Её шерсть, её запах … и следы человека. Он тщательно обнюхивал снег, кружил на месте как раненый заяц, а потом сел и тяжело задышал. Её нет. Всё.

Глубоко вздохнув морозный воздух, он поднял глаза на появившуюся луну и завыл с такой отчаянной силой и остервенением, что вой разлетелся на много километров вокруг. Дремавшие в деревенских сараях и загонах животные задёргались, засуетились, а потом замерли в оцепенении. Все они с молоком матери впитали страх перед этим звуком и знали, если Он придёт сюда, то ничто их не защитит: ни заборы, ни стены, ни человек, ни дворовые псы. Он обязательно возьмёт свое.

Часть четвёртая. К человеку.

В доме Петровича было шумно. Из приоткрытой двери доносились разговоры, смех, музыка. Мужики бурно отмечали удачный выезд. Ветер подхватывал дым из печных труб и уносил в сторону леса, где сейчас сидел Он, истошно воя на проснувшуюся луну.

В какой-то момент песня зверя оборвалась так же резко, как и началась. Сердце успокоилось, паника отступила. Осталась только жажда мести и расчет. Жадно вдыхая запах, оставленный человеком, Он пошел по следу. «Теперь всё ясно. Никаких сомнений. Вперёд».

Весь маршрут Он шёл трусцой, сдерживаясь, чтобы не сорваться на бег. «Бегом нельзя, надо сохранять силы перед рывком». Запах горящего дерева становился всё ярче. «Человек близко». Ещё немного и вот Он на вершине холма, у подножия которого раскинулась деревня. Окна в домах светились, из труб поднимался дым. Лаяли собаки, доносился голос людей. Он помнил это место. Однажды голодной зимой, они сюда приходили. Славная была охота. А потом люди пришли в лес. Из всей стаи смогли уйти только Он и Она. Это был главный урок в его жизни – к людям нельзя! «Но сегодня, человек, ты первый начал».

Спокойно и уверенно, на полусогнутых лапах Он крался по улице, прижимаясь к заборам, где темнее. Запах вёл его к нужному дому. Почуявшие Его собаки начинали лаять, но они казались ему такими жалкими, что он не обращал на них внимания. Беспомощные псы, всю жизнь сидящие на цепи и лижущие руки хозяину за еду в мисках. Несколько поворотов и вот тот дом, к которому ведёт запах. Там шумно, много людей. Надо ждать. На охоте такой момент решает всё, а месть – это тоже охота.

Часть пятая. Надо ждать.

Рядом с домом были навалены дрова. Он нашёл нишу между ними и залёг. Место было удачное – весь двор просматривался. Ветер стих и хлопья снега плавно опускались на землю. Дым из печных труб поднимался и растворялся в темноте. Деревенские псы продолжали свою перекличку. В доме также шумели. Положив морду на передние лапы, Он всё ждал. Спустя какое-то время входная дверь открылась и на улицу начали выходить мужчины. Громко разговаривая и пошатываясь, они направились в сторону бани. Дверь в дом осталась слегка приоткрыта. Он точно не знал, за кем пришёл, но чутьё подталкивало на риск. Риск любит удачливых, а удача у него в крови. Пора.

Часть шестая. Месть.

Он приподнялся и на полусогнутых лапах рванул к приоткрытой двери. Уже на подходе в нос Ему ударил знакомый запах. Неожиданно из темноты на него выскочил то ли щенок, то ли просто мелкий деревенский пёс и, оскалив свои жалкие клыки, начал рычать и сделал попытку залаять, но мощные челюсти дикого зверя пресекли эту жалкую затею, сжав глотку собаки. Почувствовав хруст костей и отсутствие сопротивления, Он брезгливо отбросил обмякшее бездыханное тело в сторону. Впереди ещё одна дверь. Слышно, как за ней громко играет музыка, и сквозь щель проникает свет. Толчок лапами, и вот незваный гость в ярко освещённой комнате. Прямо перед ним стоит стол, а на противоположной стороне сидит тот самый…

Они встретились глазами. Петрович на долю секунды ошалел, но инстинкт самосохранения тут же привел его в чувство. Охотник даже поймал себя на мысли, что не удивлён такой невероятной встрече. Запах оружия и пороха ударил в нос лесному гостю. Он заметил карабин, стоящий недалеко от стола. Петрович тоже медленно повернул голову в сторону оружия, убеждаясь, что оно на месте. Вновь они обменялись взглядами. Оба тяжело дышали. Пауза затянулась – Он никогда этого не делал с человеком. Но медлить нельзя – в любой момент могут прийти другие люди. Напряженно глядя друг на друга, оба осознавали, что эта встреча для кого-то будет последней. Петрович резко подорвался с места в сторону карабина и успел схватить его, но мощный удар передних лап зверя, перепрыгнувшего через стол и попутно свалившего всё, что там было, сбил его с ног. Звенела посуда, музыка гремела из приёмника, заглушая крик человека. Лёжа на спине, Петрович старался оттолкнуть нападавшего руками и беспомощно дёргал ногами, но мощные челюсти намертво вцепились ему в глотку и сжимались, пока жертва не перестала сопротивляться… Вкус теплой крови туманил глаза. Крик становился всё тише. Ещё немного. Всё. Тело обмякло, руки опустились на пол и ноги больше не двигались. След человека оборвался.

Часть седьмая. Прощание.

Подняв окровавленную морду, Он быстро осмотрелся и рванул к двери. На выходе из дома услышал приближающийся хруст снега и речь людей. Резко рванул за угол, чтобы не попасть им на глаза. Пробегая мимо сарая почуял родной запах. Он не смог удержаться и подошёл к покосившемуся строению. Лапами толкнул дверь и зашёл. Как только оказался внутри, услышал крики, шум и панику. Люди нашли его жертву. В щель между досками Он наблюдал за происходящим снаружи и вслушивался. Если заметят следы, а их обязательно заметят, Его возьмут. Медлить нельзя. Поняв, что люди бегают и кричат в другой стороне, принялся в темноте искать Её. В углу, на соломе лежала Она. Он начал безостановочно и судорожно облизывать морду волчицы, толкал лапой тело, снова облизывал, снова теребил. Всё тщетно. Нет смысла – холодная. На боку заметил красную кровавую точку – дело рук того, кто остался лежать в доме. Несколько раз лизнул рану и положил морду на остывшее, но очень родное тело и закрыл глаза. Так спокойно, так хорошо…

Часть восьмая. Последний рывок.