«Немой набат. Книга вторая»

Анатолий САЛУЦКИЙ

НЕМОЙ НАБАТ

Книга вторая

После катастрофического облома в богодуховской квартире, когда текущие заботы уняли и привкус горечи, и радость спасения, — надо же, выпутался из гиблого дела! — Подлевский серьезно задумался о коренных причинах неудачи. Реальные обстоятельства произошедшего ему были неизвестны, их унес с собой очень кстати замерзший на кладбище Горбонос, а наводить справки через знакомых полицейских чинов он опасался: зачем светиться в уголовном висяке? Сунулся было за откровениями к Суховею, но тот пожал плечами: о стычке в квартире слышал краем уха, знает только, что один из горбоносовских «лосей» успел уйти с концами, а другой — случайный человек на подхвате. Кто защитил Богодухову, Подлевскому оставалось лишь гадать и фантазировать.

Правда, эти неясности не слишком беспокоили Аркадия. Он пытался анализировать общие причины провала. Казалось, захват квартиры был подготовлен безукоризненно, включая прикрытие со стороны Суховея. Оно и сработало безупречно. А вот почему сорвался генеральный план? После дневной беготни падая в кресло перед телевизором, он не видел и не слышал новостей, мысли невольно крутились вокруг глубинных основ неудачи. Даже сны шли словно на заказ. Он перебирал возможные варианты, и в сознании все чаще возникал этот неприятный Донцов. Нет, Аркадий не предполагал, что сей тип мог лично участвовать в квартирной разборке, он представлялся в качестве главного препятствия на генеральном пути Подлевского. Заядлый патриот патриотыч мешал самим фактом своего общественного существования и каким-то боком был все же причастен к срыву тщательно подготовленного генплана.

Как ни странно, Аркадия беспокоило то, что неприязнь к Донцову даже не носила личного характера. Шофер Иван, спешившись, дежурил несколько дней в скверике с видом на богодуховский подъезд и сообщил, что Донцов — верно описал внешность! — стал частым гостем Богодуховых, однажды они с Верой вышли вместе, куда-то уехали на «мерсе». Короче, что-то там у них вытанцовывается. Но у Аркадия изначально не было серьезных видов на Веру, помолвочные кольца даже в уме не держал, и личная ревнивая линия его не волновала. Подлевского все больше интересовала фигура самого Донцова, он интуитивно ощущал неясную, однако реальную опасность, исходящую от таких деятелей.

В итоге принял решение заняться Донцовым всерьез.

Выяснить, чем тот занимается, труда не составляло — Интернет ответил на все формальные вопросы. Однако это ничего не давало. Предстояло докопаться до того, чем он живет-дышит, какие у него уязвимости. Но режим гаданий был бессмысленным, и Аркадий использовал свой обычный метод. Поручил Ивану:

— Постарайся аккуратно похвостить за Донцовым, номер его машины знаешь. Если водитель на стоянке останется один, разговорись с ним, не тебя учить, как трепаться.

Результат этого простейшего, примитивного хода оказался сногсшибательным.

Смекалистый Иван за несколько дней выловил донцовского шофера, ожидавшего хозяина на бесплатной министерской стоянке. Припарковался рядом и, позевывая, подошел к парню в «мерседесе». Виски по дешевой молодежной моде круто залысены, руки густо по локоть изукрашены замысловатой татуировкой. Иван лениво спросил у любителя нательного рисования:

— Ты чего так намазался?

— А чего, девкам нравится. не стандарт. Хипстота!

— Видать, тебя хозяин в строгости не держит.

— А чё хозяин? Я баранку кручу исправно, огурец свекле не помеха. Да мы, считай, и не общаемся.

— Как не общаетесь? Он же говорит, куда и когда ехать.

— Нет, не говорит.

— Ты что? — искренне удивился Иван. — Как же работать?

— Видишь, в нашем «мерсе» стеклянная перегородка? Хозяин всегда позади, а рядом со мной охранник. У них внутренняя связь, в ухе. О чем говорят, не знаю. Но все команды получаю от охранника.

— Первый раз такое вижу! — изумился Иван. — Он тебе не доверяет, что ли?

— Доверяет на сто процентов. Но у них свои шуры-муры, не только про маршрут.

В результате Подлевский совершенно неожиданно вышел на фигуру охранника, всегда сопровождавшего Донцова. И здесь уткнулся в глухую стену.

Наводить мосты с охраной, как было с шофером, бесполезно. Эта публика с чужаками и говорить не станет, а ежели настырничать, насторожится, стукнет куда надо. Об охранниках ничего не выяснить: ни имя-фамилию, ни контору, где они служат, тут тупик. Это Аркадий понял сразу, хотя попытался использовать еще один метод из своего арсенала — слежку. Но Иван ничего утешительного не доложил:

— Вечером подкатывают к дому Донцова у Бородинского моста. Машина — в гараж, а охранник — в метро и был таков.

Но задача была сформулирована: выяснить личность охранника, с которым у Донцова, похоже, доверительные отношения. Впрочем, изощренный ум Подлевского уже пахал глубже. Он прикидывал, что через охранника, даже если его вычислить, ни капли информации не выжмешь. Задача ставится иначе, можно сказать, психологичнее: сманить, оторвать этого человека от Донцова, что нарушит его привычный ритм жизни. Это заставит делать ошибки.

Однако замысел, который подспудно выводил Подлевского на более высокий уровень размышлений о роли Донцова, Аркадий не мог осилить самостоятельно. У него не было подходов к чоповской сфере, вдобавок он понял, что его замысел вообще не поддается решению в одиночку.

По инерции опять хотел позвонить всесильному Хитруку, но снова счел это несолидным. Да и как объяснить странную просьбу?

И вдруг мелькнула свежая мысль: набрал номер предводителя «Дома свиданий».

— Илья Стефанович, есть потребность пересечься минут на десять.

Похоже, сработала неожиданность звонка. Такие предложения от участников жуковских синклитов еще не поступали. И чуткий Илья Стефанович почуял, что дело серьезное.

Они сговорились пообедать в небольшом, но престижном грузинском ресторанчике «Эларджи», принадлежащем Зурабу Церетели, и Подлевский своей просьбой разочаровал собеседника.

— Найти охранника какого-то мелкого бизнесмена? Зашквар! Тухлая селедка. Зачем? Личные счеты? Для хайпа? — недоумевал Илья Стефанович.

— Все гораздо серьезнее, — пытался объяснить Аркадий. — Этот Донцов стал своего рода символом «не наших». Если откровенно, для меня это в некотором роде подопытный кролик. На нем можно опробовать метод противостояния. По-крупному речь вообще идет о тех, кто стоит у нас на пути.

Илья Стефанович с сомнением покачал головой:

— Во-первых, искать такую сошку несолидно. Тут посторонние мысли лезут в голову, и никто, в том числе я, не поверит в отсутствие личного интереса. Но если и найдем его, что дальше? Перекупить, чтобы он стучал на того, кого охраняет?

— Ни в коем случае! — воскликнул Аркадий. — В моем понимании речь идет вовсе не о поиске охранной сошки. Если бы у меня были связи с руководством крупного ЧОПа, я бы попросил пошукать, какое охранное агентство обслуживает господина Донцова. Плясать надо от Донцова, а не от охранника. Это совсем иная постановка вопроса.

Илья Стефанович жевал губами, и это означало, что он не может врубиться в тему. Повторил:

— Ну, хорошо, нашли. Что дальше?

— Что дальше?.. Илья Стефанович, а что, если действительно перекупить охранника? Не с целью использовать его в качестве источника информации. Нет! Просто сформировать условия, при которых он сам откажется обслуживать «не нашего» и перейдет на службу к нам. Да, это разовый эксперимент. Но я нутром чую, что он может открыть перед нами новые возможности для ослабления противостоящей стороны. Прилив поднимает все лодки. И нет даже намека на криминал. Невиннейшее дело: узнать, какое агентство обслуживает господина Донцова. Ничего скандального.

Илья Стефанович не остался в долгу:

— Тараканов по одному не давят.

Внимательно посмотрел на Подлевского. Он по-прежнему не понимал, зачем затевать такую карусель, но, зная хватку и изощренность этого парня, рафинированного либерала, догадывался, что здесь все просчитано. Этот не из любителей блеснуть чешуей, драчун. К тому же выспрашивать надо не какого-то рядового охранника, что несолидно и даже подозрительно, а нанимателя Донцова, и это действительно меняет дело.

— В таком изложении твоя просьба становится цивилизованной, хотя я все-таки не усекаю замысла. Ответь на вопрос: здесь действительно отсутствует личный интерес?

На этот прямой вопрос Аркадий мог ответить предельно искренне, поскольку в его глазах Донцов давно превратился из ухажера Веры даже не в главного виновника квартирной неудачи, а в некую символическую фигуру, олицетворяющую «не наших». И, глядя в глаза Ильи Стефановича, он ответил:

— Абсолютно отсутствует. Вы в этом убедитесь.

Оставшуюся часть обеда они обсуждали всякую чепуху, вроде предположительных сроков возобновления встреч в «Доме свиданий». Но на прощание Илья Стефанович буркнул:

— Попробую...

«Попробую» заняло примерно неделю. Он позвонил Аркадию и, не здороваясь, сказал:

— Записывай. Фирма «Армстронг». Будешь говорить с директором, сошлись на Игоря Игоревича. — И повесил трубку.

«Сделал больше, чем его просили, — подумал Подлевский. — Значит, понял, что я неспроста колочусь».

Он без труда нашел координаты «Армстронга», узнал телефон директора и набрал комбинацию цифр.

— Валерий Игнатьевич, здравствуйте. С вами говорит Аркадий Подлевский, я от Игоря Игоревича.

— А-а, — понимающе прозвучало в трубке. — По какому вопросу?