«Клуб Благочестивых Дам»

С завидным упорством осень продолжала портить погоду и настроение жителям небольшого английского городка. Утренняя прохлада уже не приносила удовольствия, подразнив изнеженные носы ароматами свежести и чистоты. Нет. Теперь недовольные носы кутались в тёплые одежды, ибо это уже была не просто приятная прохлада, а отвратительный холод, скрывающий всевозможные ароматы уходящего тепла.

Смело и уверенно вступал в свои владения ноябрь, подарив людям новую порцию уныния и хандры. Вместе с плотным туманом, который захватывал всё больше и больше булыжников на дороге, пришло нечто более густое и устрашающее – скука. Она нависла над жителями города и не собиралась уходить до весны.

Погибло всё живое, вплоть до радости. Раньше люди и подумать не могли, что радость – это нечто живое, пока не поняли, что с приходом осени, в них умерло нечто незаметное, но очень важное.

Ни новые представления в небольшом театре, ни книги, ни новости о рождении или смерти человека, живущего по соседству – ничто! Ничто не избавляло людей от скуки! Всё это действовало подобно кровопусканию для избавления от лихорадки – лишь на время притупляло боль, но не помогало. Подумать только, в 19 веке, в век промышленной революции, в век инноваций, люди так и не нашли способа излечиться от скуки!

Чувствительные меланхоличные натуры теряли последние остатки самообладания. Дети капризничали и норовили совершить как можно больше шалостей, дабы спастись от этой болезни души и разума. Страдали родители этих детей, но где-то в глубине души они благодарили своих сорванцов за мимолётные отвлечения от привычного унылого пребывания на этой земле.

Не только дети могли хоть на время противостоять этой заразе: не поддавались скуке также люди, которые были погружены работой, но не знающие нормальной жизни, в которой присутствуют чувства.

Скука пробудила в людях некоторые отвратительные черты характера, будто давала выбор: либо ты спасёшься от меня, но потеряешь человечность, либо погибнешь от моей силы. Однако в обоих случаях скука побеждала – она убивала всё человеческое, что было в людях.

Сплетни – самое отвратительное порождение скуки. Оно создавало иллюзию того, что человек избавился от уныния, но беспощадно втягивало в другую ловушку – пороки.

С завидным упорством осень продолжала портить погоду и настроение жителям небольшого английского городка. Утренняя прохлада уже не приносила удовольствия, подразнив изнеженные носы ароматами свежести и чистоты. Нет. Теперь недовольные носы кутались в тёплые одежды, ибо это уже была не просто приятная прохлада, а отвратительный холод, скрывающий всевозможные ароматы уходящего тепла.

Смело и уверенно вступал в свои владения ноябрь, подарив людям новую порцию уныния и хандры. Вместе с плотным туманом, который захватывал всё больше и больше булыжников на дороге, пришло нечто более густое и устрашающее – скука. Она нависла над жителями города и не собиралась уходить до весны.

Погибло всё живое, вплоть до радости. Раньше люди и подумать не могли, что радость – это нечто живое, пока не поняли, что с приходом осени, в них умерло нечто незаметное, но очень важное.

Ни новые представления в небольшом театре, ни книги, ни новости о рождении или смерти человека, живущего по соседству – ничто! Ничто не избавляло людей от скуки! Всё это действовало подобно кровопусканию для избавления от лихорадки – лишь на время притупляло боль, но не помогало. Подумать только, в 19 веке, в век промышленной революции, в век инноваций, люди так и не нашли способа излечиться от скуки!

Чувствительные меланхоличные натуры теряли последние остатки самообладания. Дети капризничали и норовили совершить как можно больше шалостей, дабы спастись от этой болезни души и разума. Страдали родители этих детей, но где-то в глубине души они благодарили своих сорванцов за мимолётные отвлечения от привычного унылого пребывания на этой земле.

Не только дети могли хоть на время противостоять этой заразе: не поддавались скуке также люди, которые были погружены работой, но не знающие нормальной жизни, в которой присутствуют чувства.

Скука пробудила в людях некоторые отвратительные черты характера, будто давала выбор: либо ты спасёшься от меня, но потеряешь человечность, либо погибнешь от моей силы. Однако в обоих случаях скука побеждала – она убивала всё человеческое, что было в людях.

Сплетни – самое отвратительное порождение скуки. Оно создавало иллюзию того, что человек избавился от уныния, но беспощадно втягивало в другую ловушку – пороки.