«Предатель»

Евгений Аллард

Предатель

— Ну, ты посмотри, чисто драный петух летит!

На фоне высокой небесной лазури чёткими линиями прорисовался силуэт Ла-5, которому явно сильно досталось: покрытый копотью фюзеляж с зияющей у капота дырой, левое крыло просвечивает как решето. Лётчику с большим трудом удавалось удержать самолёт в равновесии. Качнув крылом, истребитель усталой птицей нырнул вниз, тяжело плюхнулся в пожухлую траву аэродрома, пробежал полкилометра и встал.

Максимов отодвинул раму фонаря с осколками плексигласа. Сняв шлемофон, вытер лицо, но лишь размазал кровь.

— Товарищ капитан, — на крыло вскочил техник Васильев, на добродушном круглом лице читалась явная встревоженность. — Вы ранены?

— Ничего, выживу.

Вылез на крыло, из-под покореженной обшивки которого торчали деревянные распорки. Потрогал пальцем края развороченной дыры рядом с мотором и покачал расстроенно головой. Устало спрыгнул вниз. Отстегнул лямки парашюта, и, приволакивая левую ногу, направился к другому истребителю Ла-5, который только что сел. На первый взгляд тот выглядел так, словно и не побывал в бою. Максимов поднялся на крыло, придирчиво оглядел самолёт, перевёл взгляд на долговязую фигуру в кабине.

— Субботин, а ты чего из боя вывалился раньше?

— Так это, товарищ капитан, мотор перегрелся. Заглох.

— Да? А чего ж ты в расположении фрицев-то сел? До наших рукой было подать.

— Не дотянул… — на раскрасневшемся лице парня появилось виноватое выражение как у пацана, случайно попавшего мячом в окно учительской.

— Ладно, вылазь.

Дождавшись, когда парень, наконец, вытянет длинное тело из кабины, Максимов, кусая от напряжения губы, уселся на его место, привычным вздором обвёл приборы-будильники.

— Товарищ капитан, вы не ранены? — Субботин участливо заглянул в кабину. — У вас на лице кровь.

— Ничего, жить буду. Давай, посторонись, — буркнул он, и приказал подбежавшим техникам: — От винта.

— А парашют-то, товарищ капитан? — воскликнул Субботин, подобострастно протягивая ранец.

— Обойдусь.