«Красное каление. Роман. Том первый. Волчье время»

Сергей Галикин

Красное каление. Роман. Том первый. Волчье время

              ПОСЛЕДНЕМУ ВЕРИВШЕМУ ПОКОЛЕНИЮ.

Низкий наш поклон.

                Предисловие

  Я медленно бреду по узенькому заснеженному тротуару, старательно обходя небольшие лужицы, едва скованные тонким ледком. Зябко. Улицы пусты, прохожих в этот предвечерний час мало. Городок тихий, провинциальный, патриархально-старинный, по обеим сторонам улицы тянутся домишки постройки века прошлого. А то и позапрошлого. Старые высоченные каштаны и вязы, посаженные еще при последнем русском Императоре и повидавшие на своем веку столько событий и таких людей, что аж дух захватывает!– сердито поскрипывают обмерзшими ветвями где-то наверху. Сквозь редкие вскрики ворон слышатся их старческие ворчливые голоса.

Я ищу глазами табличку с указанием названия улицы, долго ищу, взгляд скользит по ветхим старинным карнизам, законным местам для таких табличек, по давнишней кладки щербатым стенам из узкого, не в пример нынешнему, темно-бордового от времени кирпича и, наконец, читаю: "ул. Б.М. Думенко". Ага. А улица Буденного, это уж я точно знаю, еще впереди. Квартала через два-три.

А тот адрес, что мне нужен, так и звучит:" Угол Буденного и Думенко".

Как же порой в жизни нашей все очень просто: вот улица имени прославленного Маршала Буденного. А вот и улица красного командира Думенко. Тут они пересекаются, вот вам сюда и надо.

Улица Буденного, припоминают старожилы, появилась в городке давно, очень давно, наверное, еще при жизни самого Маршала. А вот улица Думенко еще лет двадцать назад называлась Второй профсоюзной. Кстати, Первую профсоюзную я так и не нашел на карте тех лет. Знающие люди говорят, что в горбачевскую эпоху, когда сверху прозвучала вдруг команда назвать одну из улиц городка именем Думенко, какой-то местный партийный чиновник, особо не вдаваясь в исторические подробности, повелел переименовать именно Вторую профсоюзную:

-Она ведь как раз и упирается в улицу Буденного. Вот, как бы и будет…, к месту. Тот был красный командир. Ну, и этот, понимаешь, то же! Воевали-то, оказывается, вместе!

   Эх, это наше русское "как бы"!