«Лебединый крик»

Пятнадцать часов

Новый начинался день. Новый начинался бой.

Замоскворечье: улица Ордынка, улица Пятницкая, церковь Клемента, клементовский казацкий острожек на Пятницкой. Здесь, в этих местах, и произошли главные события. Только теперь ополченцы были не одни. К ним наконец примкнули казаки Трубецкого.

Поляки продвигались к центру города. Шли по Пятницкой, по Ордынке. В их руках оказались и церковь Клемента и клементовский острожек. Недавно эти места были у казаков Трубецкого. Теперь здесь поляки. Даже подняли свой флаг на Клементовской церкви.

Увидели флаг казаки:

– Братцы, да что же это такое!

Ударили казаки. Ударили ополченцы. Взяли церковь Клемента. Сбросили флаг. Взяли штурмом и клементовский острожек.

Улыбаются ополченцы. Обращаются к казакам:

– Вон оно, когда все вместе.

Улыбаются казаки:

– Вон оно, когда все разом.

Воодушевленные первым успехом, ополченцы и казаки продолжали теснить поляков и дальше. Освободили они и недавно захваченный поляками острожек на Ендове.

Улыбаются казаки:

– Вот оно, когда все вместе.

Улыбаются ополченцы:

– Вон оно как, когда все разом.

Однако это была еще не окончательная победа. У Ходкевича сохранились большие силы. Он по-прежнему надеялся взять Московский Кремль.

Приближались решительные минуты боя. В это время Кузьма Минин обратился к Пожарскому с просьбой:

– Князь, дай мне отряд, и я ударю в тыл неприятелю.

Согласился Пожарский. Направился Кузьма Минин в тыл к полякам. Не ожидали они удара. Дрогнули. Побежали. Многие из поляков погибли. А те, кто уцелел, бросились к главным силам Ходкевича.

– Русские!

– Русские!

Поляки растерялись. Началась паника. Этим воспользовались ополченцы. Воспользовались казаки. С еще большей силой разгорелась битва.

Военное счастье изменило Ходкевичу.

Еще натиск, еще напор, еще удар. И вот уже ясно – победа русских.

В этот день сражение длилось пятнадцать часов. Закончилось оно поздно вечером. Русским досталась богатая добыча: обоз, боевые знамена, пушки.

Потерпел поражение польский гетман. Бежал из Москвы Ян-Карл Ходкевич.

Ворота открылись

Ходкевич бежал. Однако Московский Кремль поляки не покинули. Они надеялись, что придет новое польское войско и освободит их. Однако время шло.

Новое войско не приходило. Отряды ополченцев и казаков со всех сторон окружали Кремль. Вели его обстрел из пушек. Среди осажденных начался голод. Командовал осажденными польский шляхтич Струсь.

Докладывают Струсю:

– Нечего есть.

– Ешьте коней, – распорядился Струсь.

Через несколько дней докладывают Струсю:

– Съели коней. Нечего есть.

– Ешьте собак, – распорядился Струсь.

Через несколько дней снова докладывают:

– Съели собак. Нечего есть.

– Ешьте кошек, – распорядился Струсь.

Затем дошло до мышей и крыс… Польская помощь по-прежнему не приходила.

Князь Пожарский обратился к осажденным. Предлагал им сдаться. Обещал всех пощадить. Даже для тех, кто полностью отощал и не мог двигаться, предлагал телеги.

Поляки не согласились. Ответили грубым письмом.

Однако человеческие силы были на исходе. В конце октября 1612 года поляки наконец подписали договор о сдаче Кремля.

Раскрылись дубовые кремлевские ворота. Войска Минина и Пожарского вступили в Московский Кремль.

Романовы

Январь 1613 года. Запорошило снегом пути-дороги. По всей Руси, от края до края, трещит мороз.

В Москву едут народные представители: от бояр, от помещиков, от детей боярских, от священнослужителей, от служилых людей, казаков, ремесленников, торговцев, от простых крестьян – несколько сот человек. Это собирается Земский собор.

Ему, Земскому собору, и предстоит решить – кому же стать на Руси царем.

Немало оказалось разных кандидатов. Начали с иностранных.

Называется имя польского короля Сигизмунда III.

– Против! Против! – кричит большинство.

Называется имя польского королевича Владислава.

– Против! Против! – кричит большинство.

Обсуждается кандидатура шведского королевича Карла-Филиппа.

И опять большинство против. Не прошел шведский королевич Карл-Филипп в русские цари.

Не утихают споры. Называются новые имена.

– Князь Федор Мстиславский.

– Князь Иван Голицын.

– Князь Дмитрий Трубецкой.

– Боярин Михаил Романов.

Долго шли споры. То голосом тихим, то голосом громким, то криком, то даже угрозой решали, кому же быть русским царем.

И вот наконец сошлись.

Новым русским царем стал Михаил Романов. Было ему в ту пору шестнадцать лет.

От него, от боярина Михаила Федоровича Романова, и пошли на Руси все цари Романовы: и его сын – царь Алексей Михайлович, и его внук царь Петр Алексеевич – Петр I Великий, и царица Елизавета I, и Александр I, и Николай I, и другие. Все они были Романовы.

Династия царей Романовых установилась в России на долгие времена, вплоть до 1917 года.

Иван Сусанин

Много подвигов совершили русские люди в борьбе за независимость своей Родины. Вот и еще один – подвиг русского крестьянина Ивана Сусанина.

Произошло это вскоре после избрания на русский престол Михаила Романова. Находился молодой русский царь в то время недалеко от города Костромы.

Не очищена еще была полностью в ту пору русская земля от различных польских военных отрядов. То в одном месте, то в другом продолжались еще бои. Неохотно отходили поляки к себе на родину. Неожиданно один из польских отрядов оказался у города Костромы.

Узнали поляки, что где-то здесь же недалеко находится русский царь.

Разгорелись глаза у поляков.

– Вот бы царя схватить.

– Вот бы царя пленить.

Мечтают поляки об успехе, о славе. Знают, русских войск поблизости нет. В руки идет удача.

Известно полякам, где приблизительно находится русский царь, однако не знают туда дороги. Ищут, кто из местных крестьян укажет.

К одному обратились. В ответ:

– Не знаю.

Обратились ко второму:

– Не знаю.

Обратились к третьему, к пятому, к десятому.

Отрицательно машут крестьяне головами:

– Не знаем дороги. Не знаем. Не ведаем.

Понимают поляки – хитрят мужики. Схватили тогда они одного из крестьян – Ивана Сусанина. Наставили ружья:

– Веди!