«Надежда менестреля»

Пролог. Ч. 1

Адмирал Жильон альт Рамирез из Дома Золотой Синицы недавно разменял шестой десяток и, сколько себя помнил, служил Трагере. Родился он слабым и болезненным и отец его, глава одного из Высоких Домов Трагеры, долгое время думал, что сын не выживет, хотя старая повитуха, принимавшая роды, напророчила головастому и молчаливому, в отличие от братьев и сестёр, младенцу великое будущее. «Кто рождается с шестью пальцами на ноге, тот ужас какой везучий потом бывает», — сказала она, пеленая будущего героя сражения в проливе Бригасир.

Когда родные поняли, что маленький Жильон не намерен отдавать душу Вседержителю, его записали правым загребным на галеру «Ласковая» флота его светлости Пьюзо Второго альт Ортега из Дома Пурпурного Меча — владыки Трагеры. Будущий адмирал рос, играл с детьми — сбивал коленки и дрался, учил грамоту и арифметику, постигал логику и риторику, осваивал основы фехтования и верховой езды, и в то же время рос по службе. Каждые три года он исправно получал новое звание, благо отец его пран Карлос командовал Северной эскадрой трагерского флота. Добросовестная служба — а ведь взысканий Жильон не получал, да и не мог получить — позволила ему в семнадцать лет взойти на борт той же «Ласковой», но первым помощником капитана.

В то время его светлость задумал искоренить пиратство в прибрежных водах, выковыряв охотников за удачей из их цитадели, ранее считавшейся неприступной на острове Святого Игга. Юный Жильон альт Рамирез в боях с пиратами показал отменную отвагу, смешанную с надлежащей мерой хладнокровия. Водил абордажную команду на штурм стены, не кланяясь пулям, и в числе первых ворвался на бастион Клык, продержавшийся дольше прочих. Таким образом, окончание компании он встретил капитаном «Ласковой», а вскоре перешёл на сорокавёсельную галеру «Бесстрашная».

К несчастью, исполнение замыслов великого князя привело к неожиданным последствиям. Лишившись местных соперников, в прибрежных водах Трагеры буйным цветом расцвели пираты браккарские. Ограбления торговых судов не стали реже, а, напротив, участились. При этом северяне не просто забирали весь товар, но и уводили с собой суда «на приз». Если корабль по каким-то причинам не устраивал островитян, они пускали его на дно. Смеха ради, могли посадить всю команду в один ялик и наблюдать, как перегруженная лодка медленно уходит под воду, а могли использовать все ялы, но у нескольких пробить днище.