«Срочно! Женюсь на вашей маме»

Стелла Кьярри

Срочно! Женюсь на вашей маме

Цикл: С юмором о любви

Громкий звонок заставляет проснуться. Не сразу понимаю, что происходит, и откуда этот душераздирающий звук. Разлепляю глаза и вижу, что заснул прямо за рабочим столом. На диване для посетителей храпит мой друг и партнер по бизнесу Ростислав Сафин. Кабинет завален коробками из ресторанов. Отдохнули на славу… Дорвались, как говорится.

— Замолкни, — бросаю взгляд на разрывающийся телефон. Но он не слушается. Настырно продолжает звонить.

— Братан, ответь… Голова сейчас лопнет, — стонет друг, пытаясь натянуть свитер на уши.

Хватаю телефон и рявкаю:

— Максим Михайлович… Можно к вам зайти прямо сейчас?..

— Нет, нельзя! — швыряю трубку обратно. Сколько времени? Почему секретарша еще на работе? Или она уже на работе? Бросаю беглый взгляд на часы: восемь тридцать утра. Немудрено, что я не выспался. Даже не помню, во сколько отключился.

Сафин тем временем переворачивается набок и продолжает спать. Ему хорошо, он на диване. А у меня стул не приспособлен для сна. Шея затекла… ноги сводит… а еще говорят, что ортопедический! Вранье!

Ладно, еще пятнадцать минут подремлю… Рабочий день начинается с девяти. А руководителю позволительно немного опоздать. Откидываю голову на подголовник кресла и прикрываю глаза.

— Тр-р-р! Тр-р-р! — снова трещит телефон. Да чтоб это секретаршу… Приучил на свою голову приносить кофе по расписанию!

— Вера, эспрессо сегодня не надо. Аспирин приготовь и не звони мне еще полчаса, иначе я тебя уволю к чертовой матери!

— Максим Михайлович… прошу вас, не увольняйте… у меня тут дети… проснулись. Я не знаю, что с ними делать. Они, наверное, голодные, — почти плачет. Но меня не разжалобить в таком состоянии.

— Что еще за дети?! Здесь детям не место! Возьми и отведи их в детский сад! — не выдерживаю.

— А в какой?

Ну что за мать такая, я откуда знаю в какой…

— Макс! Стой! — вскакивает с дивана Ростислав, мгновенно просыпаясь. Перевожу на него удивленный взгляд:

— Чего ты подорвался?

— Сколько времени?

— Восемь тридцать, — отвечаю ему.

— Так в восьмой или в тридцатый? — переспрашивает Вера, решив, что я имею в виду номер садика.

Стелла Кьярри

Срочно! Женюсь на вашей маме

Цикл: С юмором о любви

Громкий звонок заставляет проснуться. Не сразу понимаю, что происходит, и откуда этот душераздирающий звук. Разлепляю глаза и вижу, что заснул прямо за рабочим столом. На диване для посетителей храпит мой друг и партнер по бизнесу Ростислав Сафин. Кабинет завален коробками из ресторанов. Отдохнули на славу… Дорвались, как говорится.

— Замолкни, — бросаю взгляд на разрывающийся телефон. Но он не слушается. Настырно продолжает звонить.

— Братан, ответь… Голова сейчас лопнет, — стонет друг, пытаясь натянуть свитер на уши.

Хватаю телефон и рявкаю:

— Максим Михайлович… Можно к вам зайти прямо сейчас?..

— Нет, нельзя! — швыряю трубку обратно. Сколько времени? Почему секретарша еще на работе? Или она уже на работе? Бросаю беглый взгляд на часы: восемь тридцать утра. Немудрено, что я не выспался. Даже не помню, во сколько отключился.

Сафин тем временем переворачивается набок и продолжает спать. Ему хорошо, он на диване. А у меня стул не приспособлен для сна. Шея затекла… ноги сводит… а еще говорят, что ортопедический! Вранье!

Ладно, еще пятнадцать минут подремлю… Рабочий день начинается с девяти. А руководителю позволительно немного опоздать. Откидываю голову на подголовник кресла и прикрываю глаза.

— Тр-р-р! Тр-р-р! — снова трещит телефон. Да чтоб это секретаршу… Приучил на свою голову приносить кофе по расписанию!

— Вера, эспрессо сегодня не надо. Аспирин приготовь и не звони мне еще полчаса, иначе я тебя уволю к чертовой матери!

— Максим Михайлович… прошу вас, не увольняйте… у меня тут дети… проснулись. Я не знаю, что с ними делать. Они, наверное, голодные, — почти плачет. Но меня не разжалобить в таком состоянии.

— Что еще за дети?! Здесь детям не место! Возьми и отведи их в детский сад! — не выдерживаю.

— А в какой?

Ну что за мать такая, я откуда знаю в какой…

— Макс! Стой! — вскакивает с дивана Ростислав, мгновенно просыпаясь. Перевожу на него удивленный взгляд:

— Чего ты подорвался?

— Сколько времени?

— Восемь тридцать, — отвечаю ему.

— Так в восьмой или в тридцатый? — переспрашивает Вера, решив, что я имею в виду номер садика.