«Ледяные души»

Ледяные души

Мимо пробежал Снорри Дристун, проскальзывая мимо людей, как угорь в воде. Пока я добивал эста, он уже успел снести голову одному мужику и рубануть какого-то хирдмана. Снорри был трусом, и от страха в бою творил невероятные вещи. У него от трясучки ум за разум заходил. А дома его даже дети били.

Воины топтались в кровавых лужах, поскальзываясь в бурой слякоти, падая и поднимаясь. До края городка мы все-таки добрались. За частоколом горели дома, визжали девки, в грязи валялись их бывшие защитники, исходя паром из рубленых ран, остывая на осеннем холоде. По слухам, в городке была собрана богатая дань для местного ярла, да как говаривали торговые людишки, купцы там жили ни в чем себе не отказывая. Торговцы янтарем - самые богатые, это каждый мальчишка знает. А мы - бедные мореходы севера, могут же они нам помочь.

На меня выскочил мелкий парнишка, недоносок с батькиным мечом, да пока замахивался, я успел сбоку подрубить его топором. Лезвие застряло прямо у него в скуле. Я дернул древко на себя, и вокруг рассыпались, словно бусы с девицы, кровавые капли и зубы, выдернутые из челюсти. Без половины головы не побегаешь. Тело тут же завалилось мне под ноги, а крышка от черепа покатилась дальше, добавляя еще крови в багровые ручьи.

Дристун пронесся мимо, волоча за ногу тело, обрубленное по пояс. Сизые кишки волочились за ним по лужам.

— Снорри, куда такой трофей поволок? Трахать сам, или своей мамочке? — я заржал, глядя как в безумные глаза Дристуна приходит разум. — Гляди, кабы чего не вышло. Мертвяки, они такие - закусит задницей, так твоя Рунгульд тебя и не дождется. Тут и останешься.

Запыхавшийся Снорри бросил ногу и затоптался на месте. Звук боя отдалялся, вокруг из живых уже никого не было.

— А, Бьярни. Ты это. Помоги, друг. Опять у меня того…— была у Дристуна одна особенность, за которую его так и прозвали. Со страху у него живот прихватывало, да в самые неподходящие моменты. — Постой недалеко, я быстро.

Снорри порысил к ближайшим кустам, я пошел за ним. Как раз рукоять оботру, а то скользит уже от крови, и намотка не помогает. Вдали, за распахнутыми воротами городка, все еще шел бой. Дристун забрался в кусты, положил меч на коленки и держась за него, присел.