«Хочу тебя вернуть»

Вежливый голос стюардессы вырывает меня из недолгого забытья. Самолёт, которым я решила воспользоваться для скорейшего возвращения в родной город, не смотря на всю мою нелюбовь к воздушному транспорту, заходил на посадку. Всех попросили отключить телефоны и пристегнуться.

— Ох, сейчас трясти начнёт! — начинает паниковать сидящая сзади полноватая женщина, вызывая у своего спутника тяжёлый вздох.

— Ты всю дорогу тряслась и ждала, что мы начнём падать! Сейчас посадка, чего уже истерить? Зачем ты вообще согласилась на самолёт? Ехали бы поездом! — ворчит он, не сдерживаясь.

— Так поездом четыре дня ехать, а Леночку выписывают с малышом уже через три… Как же мы? Не встретим? — в тихом женском голосе звучит непонимание.

— Ну, вот видишь? Зато буду внуку рассказывать, что его бабка, ради того, чтобы его встретить, даже в самолёт залезла! — подшучивает мужчина и становится понятно, что он не злой, а просто устал и переживает.

И мои злые мысли, что приземлилась бы эта дама разок в военном транспортнике и тогда бы точно знала, как начинает трясти, когда пилотам нужно сажать борт, а условий для этого ноль и хорошо, если не стреляют, исчезли. Я тоже не злая, просто нервничаю и устала. И тоже не люблю самолёты. Но я тоже переживаю за близких.

За единственных моих близких в целом мире! Подруги, что стали ближе сестёр. Зарина и Кира. Отобрав у меня всё, что только можно, судьба взамен преподнесла мне сразу двух сестёр. Два родных сердца, две мои родные души. Только ради них я возвращалась в город, из которого бежала в страхе и панике восемь лет назад.

Сначала Зарина вышла замуж и, по иронии судьбы, не иначе, переехала жить в город, что когда-то был моим родным. А потом и перебравшаяся поближе к подруге Кира оказалась здесь же.

Окончив мединститут, я подписала самое адское распределение из всех возможных, но зато сулившее и опыт, и практику, и максимально лишённое подковёрных игр прохождение интернатуры. Пока дочки и сыночки главрачей всех мастей, а также их племянники и прочие соседи, ждали, кому какое распределение принесут в клювике заботливые родственники, я заключала контракт и поковала вещи для переброски к месту прохождения практики.

Вежливый голос стюардессы вырывает меня из недолгого забытья. Самолёт, которым я решила воспользоваться для скорейшего возвращения в родной город, не смотря на всю мою нелюбовь к воздушному транспорту, заходил на посадку. Всех попросили отключить телефоны и пристегнуться.

— Ох, сейчас трясти начнёт! — начинает паниковать сидящая сзади полноватая женщина, вызывая у своего спутника тяжёлый вздох.

— Ты всю дорогу тряслась и ждала, что мы начнём падать! Сейчас посадка, чего уже истерить? Зачем ты вообще согласилась на самолёт? Ехали бы поездом! — ворчит он, не сдерживаясь.

— Так поездом четыре дня ехать, а Леночку выписывают с малышом уже через три… Как же мы? Не встретим? — в тихом женском голосе звучит непонимание.

— Ну, вот видишь? Зато буду внуку рассказывать, что его бабка, ради того, чтобы его встретить, даже в самолёт залезла! — подшучивает мужчина и становится понятно, что он не злой, а просто устал и переживает.

И мои злые мысли, что приземлилась бы эта дама разок в военном транспортнике и тогда бы точно знала, как начинает трясти, когда пилотам нужно сажать борт, а условий для этого ноль и хорошо, если не стреляют, исчезли. Я тоже не злая, просто нервничаю и устала. И тоже не люблю самолёты. Но я тоже переживаю за близких.

За единственных моих близких в целом мире! Подруги, что стали ближе сестёр. Зарина и Кира. Отобрав у меня всё, что только можно, судьба взамен преподнесла мне сразу двух сестёр. Два родных сердца, две мои родные души. Только ради них я возвращалась в город, из которого бежала в страхе и панике восемь лет назад.

Сначала Зарина вышла замуж и, по иронии судьбы, не иначе, переехала жить в город, что когда-то был моим родным. А потом и перебравшаяся поближе к подруге Кира оказалась здесь же.

Окончив мединститут, я подписала самое адское распределение из всех возможных, но зато сулившее и опыт, и практику, и максимально лишённое подковёрных игр прохождение интернатуры. Пока дочки и сыночки главрачей всех мастей, а также их племянники и прочие соседи, ждали, кому какое распределение принесут в клювике заботливые родственники, я заключала контракт и поковала вещи для переброски к месту прохождения практики.