«Ноль эмоций»

Ноль эмоций

грустили черти разгребая

в аду остывшие угли

но мы пришли и по привычке

Взрыв я помню.

Это была высотка, почти небоскреб. Взрыв не разрушил ее полностью, но устроил такой пожар, что все здание сгорело почти целиком меньше, чем за час. Огненные шары расцветали, поднимаясь по этажам, один за другим. Это было похоже на бенгальский огонь.

Пожарным стоило большого труда держать зевак подальше от места происшествия. Наконец это за них сделал нестерпимый жар, накрывший ближайшие окрестности такой мощной волной, что толпа шарахнулась в стороны, а дополнительно прибывшие подразделения пожарных теперь боролись за соседние здания, справедливо опасаясь, что огонь в скором времени перекинется и на них.

Это все, что мне удалось выудить из плавающей в голове мути, когда я пришла в себя на жесткой каталке какого-то лазарета. Почти все мое тело было покрыто ранами и ожогами. Каждое движение причиняло где-нибудь жгучую боль, но серьезных повреждений вроде бы не было. Откинув простыню, я, преодолевая головокружение и шипя сквозь зубы, села, свесив ноги, и огляделась. В помещении было еще несколько передвижных кроватей с раненными людьми, некоторые из которых лежали молча и не двигаясь, а некоторые тихонько стонали и всхлипывали; стояли какие-то приборы, с потолка свисали мониторы.

Я принялась разглядывать себя. Широкая повязка через грудь и живот, трусы и многочисленные пластыри — больше на мне ничего не было. Рядом с моей каталкой на кафельном полу лежала груда тряпья, обожженного, окровавленного и изрезанного чуть не в клочья — видимо, это и была когда-то моя одежда. По уцелевшим кускам такни угадывались джинсы и кожаная куртка.

Я осторожно ощупала лицо. Нос был распухший, почти не дышал и болел в районе переносицы.

Возле моей каталки стоял металлический столик, на котором лежали горкой марлевые тампоны, стоял пузырек, по-видимому, с дезинфицирующим средством и рулончик пластыря.

Я принялась залеплять свои мелкие, но от этого не менее болезненные ранки, ожоги и царапины, отгрызая пластырь зубами. Первым делом залепила широкий и глубокий ровный порез поперек ладони на правой руке. Именно он причинял мне сейчас больше всего неприятностей.