«Нокаут»

Зачем я это делаю?

Нет, серьёзно. Просто скажите мне, на хрена я сейчас приехал сюда и сижу в своей тачке, тупо пялясь на фасад типичного американского дома с белым заборчиком и ухоженным газоном, какие показывают в ситкомах. На хрен я вообще пошёл на свой выпускной полторы недели назад?! Забрал бы диплом и до свидания. Но нет же. Друзья настояли, и я поплёлся отмечать. А там она. А я был не готов к этой встречи. А уж к последующему развитию и вовсе.

Почти четыре года не видел её и, если уж быть предельно откровенным, то не видел бы ещё столько же и ещё столько умноженное на столько же. Короче! Всю жизнь прожил бы без неё или упоминания о ней.

Однако у жизни своеобразное чувство юмора и когда ты думаешь, что всё у тебя под контролем, она игриво подкладывает тебе свинью.

Откинув голову на подголовник, решил вспомнить причину нашего с ней расставания. Вспомнил. Однако вопреки моей хвалёной рассудительности и мудрости, открыл дверь и вышел на улицу. Солнце знатно припекало и даже ветер с океана особо не спасал. Лето в Лос-Анджелесе жаркая пора. Подошёл к входной двери и нажал на звонок, параллельно обдумывая в уме — всё же на хрена я это делаю?!

Дверь открылась и меня поприветствована песня Hells Bells австралийской группы AC/DC. Чуть не улыбнулся от иронии. Австралия в последнее время буквально преследовала меня в лице парня моей сестры, который прожил всю жизнь в Сиднее. Кроме того, пока моя любимая сестрёнка страдала по этому патлатому, она слушала исключительно австралийскую попсу. Более того, сам я, честно говоря, ничего против австралийского хард-рока не имел. Я его любил. К тому же эта песня как бы тонко намекала: «На хрена ты это делаешь?! Тут ад. Сваливай, дружище!».

Опустил взгляд и увидел незнакомую темноволосую девушку, которая, собственно, и открыла мне дверь. Ростом она, мягко говоря, не вышла. Она такая миниатюрная, что едва достаёт мне до груди. Коротышка. Каре с густой прямой чёлкой, которая почти закрывала её серые глаза. Аккуратное лицо, но с ярко выраженными скулами. Губы. Нормальные губы. В меру пухлые, в меру полные, в меру приоткрытые в данный момент. Красивые, чёрт подери, губы. Немного загорелая гладкая кожа. На ней было некое подобие униформы, а значит, судя по всему, она здесь работала.

— Хм, — вырвалось у меня, пока я рассматривал незнакомку, скрестив руки на груди. Она скептически приподняла бровь и смотрела прямо в глаза. — Пайпер дома?

Незнакомка кивнула и, как мне показалось, раздражённо фыркнула, чем озадачила меня.

— Да. Как Вас представить? — спросила она на удивление мелодичным голосом, пока её взгляд мельком пробежался по мне.

Забавно как-то получалось. Эта девушка смотрела на меня так, словно сама тут жила. Её взгляд был оценивающим и практически ненавидящим, что слишком диссонировало с приятным голосом.

В итоге она кивнула и отошла в сторону, чтобы я наконец зашёл в дом, в котором не был четыре года. Дом был светлым и просторным, с блестящими паркетными полами, картинами на стенах и вазами на каждой горизонтальной плоскости. Обстановка мягко намекала на хорошее финансовое состояние владельцев сего интерьера. Честно? Для меня бабки всегда были нужны в первую очередь, чтобы обеспечить свою сестру. Про себя я не думал. Я не стремился, как мой друг Нэйт в своё время, скупить все навороченные гаджеты, модную брендовую одежду и аксессуары. Разве что на машину для себя раскошелился. Ещё помогал приёмным родителям, но на первом плане всегда было и остаётся благополучие Габи.

Незнакомка стремительно скрылась из вида, поднявшись на второй этаж. Я огляделся и прошёл в кухню, совмещенную со столовой. На островке из тёмного гранита стояла огромная миска с фруктами и лежал какой-то журнал. Решил пролистать его, чтобы скоротать время и не думать. Странно. Журнал явно был для тех, кто шьёт. Насколько я помню Пайпер ничего не умела делать руками.

— Диди, — завопила Пайпер позади меня, и я напрягся.

Так называла меня только она. Не скажу, что мне это нравилось. Раньше — возможно. Сейчас — нет.

Оглянулся и увидел её. Свою первую любовь. И я в жизни не признаюсь, что оплакивал её по ночам после нашего разрыва, как верно подметил мой хороший знакомый Майкл. А может уже друг? Может.

— Привет, — криво улыбнулся я. Она подлетела ко мне и повисла на моей шее.

Пайпер была высокая, с длинными и светлыми волосами, стройная с большой грудью и ужасным характером и отравленным нутром. Мы с ней познакомились летом перед выпускным классом. Мне тогда было семнадцать. Я влюбился так, что потерял голову, которую всегда старался держать на плечах ровно и прямо. Она тогда только переехала из другого города и перевелась в нашу школу. Всё лето мы провели вместе, как и первый семестр в школе. Зато потом…

— Я так рада, что ты всё-таки принял приглашение и заехал, — проворковала мне в шею Пайпер, пока я приобнимал её одной рукой и смотрел в стену.

Затем перевёл взгляд на незнакомку, работающую здесь. Она снова смотрела на меня с презрением, как будто я вторгся в её владения и мешал ей работать. Пайпер отлипла от меня и провела тёплыми ладонями по моим рукам. Задержавшись на моих новых часах, которые подарили мои друзья на окончание Универа, она расплылась в хищной ухмылке.

Фрагмент закончился. Продолжение — в полной версии книги на ЛитРес.

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY