«ШЕРЕМЕТЬЕВО-Z»

ШЕРЕМЕТЬЕВО-Z

  - Всё-таки, уходишь, Остроглаз?

  Велимир хмурился из-под густых бровей. Шрам на щеке вождя, подарок лесного хозяина, от гнева расцвел багрово-синим.

  Остроглаз тяжело вздохнул. За последнюю седьмицу вождь заводил этот разговор не в первый раз.

  - Внуков хочу увидеть, сам понимаешь.

  Очаг в доме Остроглаза давно погас. С густо покрытой сажей остывшей стены по капле стекала вода.

  - Не отпустил бы ты Богдана, незачем было бы на ту сторону луны к внукам добираться, - сердито напомнил Велимир, - В общем, так, Остроглаз. Силой я тебя удерживать не могу. Только роду без тебя тяжело придется. Сам знаешь, каждый охотник на счету. Так что погости чуток у сына и сразу возвращайся.

  Остроглаз неопределенно мотнул головой, то ли соглашаясь, то ли обещая подумать. После смерти Светины его здесь ничего не держало.

  Остроглаз встал, закинул на плечо мешок с беличьими хвостами, в правую руку взял дубинку с удобной рукоятью и, наклонившись, вышел в низкую дверь. Перед ним открылась вершина лысого холма. На ней - знакомые дома из потемневших бревен с окнами до земли и свисающей с крыш прелой соломой. Кособокая утварь у стен. Развешенные на солнце съедобные корешки и травы. Вокруг домов - частокол с обожженными острыми концами. За частоколом - склон, река и лес. Весь мир Остроглаза - другого он не ведал.

  Кое-где из дверных проемов валил дым от очагов. Несколько домов стояли пустые. Род за последние годы заметно поредел. Две голодных зимы унесли полдесятка человек, не считая детей. Стрыя, доброго охотника, насмерть задрала рысь. Последней весной Светина, жена Остроглаза, да старшая дочь Велимира померли от дурного воздуха в животе.

  Остроглаз направился к воротам.

  - Слышь, Остроглаз! - зло окликнул его Велимир.

   Остроглаз остановился и с тревогой посмотрел на вождя.

  - А откуда ты знаешь, что это сын тебя зовет? С чего взял, что там, куда ты идешь, вообще, что-то есть?

  На шум из домов к воротам высыпали родичи. Остроглаз еще раз подивился, какие они стали худые да костлявые. Никто ничего не говорил, все только лупили глаза в безмолвном удивлении.

  - А, может, все эти росказни о других местах и людях - один морок от лесных духов да кикимор болотных? А? - отчаянно выкрикнул Велимир.