«Альбина»

Предисловие

Погода испортилась окончательно. Где-то вдали прогремел раскат грома и в ту же секунду из черных низких туч хлынул дождь. Мужчина обеспокоенно посмотрел на женщину, которая стояла на коленях перед большим памятником, возвышающимся над могилой ее мужа.

— Альбина Сергеевна, может, поедем уже? — тихо спросил мужчина.

Женщина ничего не ответила, лишь продолжила что-то неразборчиво шептать. Мужчина смог различить только несколько фраз:

— Прости… Прости… Не хотела… Пожалуйста…

Мужчина решительно подошел к женщине, и твердой рукой

обхватив ее за плечи, рывком поднял с земли.

— Альбина Сергеевна! Поехали уже, вы ведь заболеете!

Женщина повернула к мужчине усталое лицо и, вытерев слезы, послушно кивнула:

— Хорошо, Костя, поехали.

Константин облегченно выдохнул и повел женщину к машине.

"Лешка, дрянь, — думал про себя Костя, — до чего бедняжку довёл!"

Мужчина, конечно, знал, что Альбина Сергеевна никогда не была ангелом. Несколько лет назад, он даже злорадствовал глядя на ее страдания. Но с каждым разом мужчине становилось все тяжелее видеть всегда уверенную в себе и жесткую Альбину в таком состоянии. В свои сорок три она выглядела лет на десять старше своего возраста, и это с ее-то деньгами и возможностями. Целыми днями женщина бледной тенью слонялась по особняку, лишь иногда покидая его пределы, и то, только для того, чтобы съездить на могилу мужа. Время от времени Костя слышал рыдания из спальни Альбины, но никогда не решался подойти и успокоить женщину. Да, так она расплачивалась за свои грехи. Но ведь любым страданиям рано или поздно должен прийти конец. К тому же, как считал

Константин, жизнь уже и так достаточно наказала Альбину. Усадив женщину в машину, Костя сел на водительское место и покатил в сторону города, время от времени поглядывая на Альбину через зеркало заднего вида. Женщина сидела неподвижно, прислонившись лбом к окну. Она бездумно разглядывала улицы и вспоминала свою жизнь…

— Ну-ка, Галчонок, возьми свою красавицу, — старенькая акушерка осторожно передала младенца молодой матери, — имя-то придумала уже?

— Придумала, — закивала Галя, с нежностью глядя на новорожденную дочь, — Альбиной будет.

— Необычно, — по своему одобрила акушерка, и, наклонившись к девушке, тихо шепнула, — знаешь, я ведь всю жизнь в роддоме проработала. Много деток повидала… Так вот, помяни мое слово, Альбина твоя настоящей красавицей вырастет. Точно тебе говорю. Галя настороженно взглянула на акушерку и улыбнулась. Девушка не стала предавать серьезное значение словам этой доброй женщины, и, как оказалось, зря. Альбина росла и с каждым годом становилась все краше и краше. Многочисленные знакомые молодой мамы искренне восхищались, глядя на ее дочь:

— Ты смотри-ка, какая красавица. Точно актрисой станет, знаменитой!

— Нет-нет, моделью будет. На весь мир прославится!

Галя жутко гордилась дочкой и чрезмерно ее баловала. И лишь пожилая соседка Галины, тетя Маша, тяжело вздыхала и приговаривала:

— Испортишь девчонку своей любовью. Эгоисткой вырастит, неблагодарной! Вот увидишь!

— Перестаньте! — отмахивалась Галя, — Альбина у меня единственный ребенок, моя радость! К тому же она без отца растет, я не хочу, чтобы дочка чувствовала себя обделенной.

Отца у Альбины действительно не было. Точнее, был, конечно, на свете мужчина, благодаря которому девочка появилась на свет. Но как только он узнал, что его возлюбленная ждёт ребёнка, то сразу слинял в неизвестном направлении. Галя, прорыдала три дня, но потом сумела взять себя в руки и решила: надо рожать. Когда знакомые спрашивали об отце, Галя хмурилась и отвечала:

— Считайте, что ветром надуло. И закроем тему.

Беременность у Гали протекала легко, она ушла в декрет и через положенный срок благополучно родила дочку. Альбина с самого рождения была окружена заботой и любовью. Галя тратила на дочку почти все деньги, стараясь покупать девочке деликатесы и модную одежду. Сама Галя питалась простыми продуктами и донашивала старые вещи.

Когда Альбине исполнилось три года, Гале пришлось отдать дочку в садик, а самой вернуться на работу. Галина трудилась преподавателем по экономике в одном очень хорошем ВУЗе. Зарплата была неплохой и стабильной, и Галина очень дорожила своим местом работы. Но прежде чем вернуться, Галя хотела убедиться, что ее дочь спокойно перенесет пребывание в садике. И в первый же день Альбина преподнесла матери не очень приятный сюрприз. Поначалу все шло хорошо, девочка легко шла на контакт и заинтересованно слушала воспитательницу. Но когда Галя пришла, чтобы забрать Альбину, то та молча сложила все понравившиеся ей игрушки в свой рюкзак, явно намереваясь забрать их с собой. Из-за чего, разумеется, владельцы игрушек тут же громко заревели.

— Альбина, солнышко, зачем ты забрала эти игрушки? — мягко, но строго спросила воспитатель, — они ведь не твои.

— Ну и что? — девочка недоуменно пожала плечами, — они мне нравятся, и я их хочу.

Когда с горем пополам удалось уговорить Альбину вернуть игрушки (мама пообещала купить ей такие же), воспитательница тихо шепнула Галине:

— У вас хорошая девочка, общительная и красавица такая, что глаз не оторвать. Но очень избалованная. Будьте с ней построже, уж не обижайтесь на совет.

И хотя Галя прислушались к воспитательнице и время от времени пыталась воспитывать дочку, получалось плохо. Альбина росла в полной уверенности, что все вокруг должны ей угождать. Кроме того, девочка абсолютно не желала учиться. Альбина охапками таскала двойки, тем самым очень сильно расстраивая маму.

— Детка, но ты ведь даже не пытаешься учиться! — качала головой Галя, рассматривая дневник дочери, — если бы ты приложила хоть немного усилий, все бы получилось!

— А зачем? — лениво спросила Альбина, — ты всё равно в конце четверти сходишь в школу, раздашь училкам подарки и все двойки станут тройками. А если чуть побольше потратишься, то может и четверками!

Выпалив последнюю фразу, Альбина захихикала и демонстративно уставилась в телевизор. Галя лишь тяжело вздохнула.

Когда девочке исполнилось четырнадцать лет, стало ясно — ни моделью, ни актрисой, как когда-то предполагали знакомые Гали, ей не стать. Для карьеры модели у Альбины был неподходящий рост, а в школе актёрского мастерства, после двух месяцев занятий один из преподавателей тактично сказал Галине:

— По-моему, вашей девочке следует развиваться в другом направлении. Конечно, мы можем продолжить уроки, но поверьте на слово, результатов они не принесут.

Но ни в каком другом направлении Альбина развиваться не желала. И дело было не в отсутствии таланта, а в элементарной лени. Как и предрекала соседка Гали, Альбина выросла абсолютно неблагодарным и эгоистичным человеком. Кроме того, что она не желала учиться, девочка постоянно грубила матери, отказывалась помогать по дому и даже не убирала за собой. Прошло еще несколько лет, прежде чем Гале стало окончательно ясно: красота, к сожалению, была единственным достоинством ее дочери. И Галина видела только один вариант, как можно устроить Альбину в жизни.

Пора бы и тебя научить отвечать за свои слова

— Альбина! Иди сюда, помоги мне! — крикнула Галя, занося тяжелые пакеты с продуктами в квартиру, — разбери сумки!

— Не могу! — громко ответила девушка, — я сейчас занята.

Галина с шумом бросила пакеты на пол, и, разувшись, прошла в комнату дочери.

— И чем это ты так занята? — хмуро поинтересовалась Галя, с упреком глядя на Альбину, сидящую за столом.

— Вот, — девушкам выставила руку вперед, — ногти привожу в порядок! Ты же не можешь дать мне денег на маникюр. Приходится самой.

Галина шумно выдохнула и присела на кровать, не сводя взгляд с Альбины.

— Вообще-то, тебе уже восемнадцать, — медленно произнесла женщина, — могла бы и работу найти, раз в институт не хочешь.

— Вот еще, — фыркнула Альбина, — меня без опыта только продавщицей возьмут. Или вообще уборщицей. Неужели ты хочешь, чтобы твоя дочь работала уборщицей?

— И что ты предлагаешь, дочь? — с иронией спросила Галя, — чтобы я тебя до пенсии содержала? Нет уж, дорогая моя, так дело не пойдёт. Альбина покосилась на Галину, не понимая, к чему она клонит. Девушке прекрасно жилось на полном обеспечении матери, к тому же, она только недавно закончила школу. И что же, отмучившись одиннадцать лет, вскакивая каждый день в семь утра и по любой погоде плетясь в ненавистную школу, она теперь должна была пойти в институт, или, еще хуже, на работу, чтобы эти мучения длились всю жизнь? Нет уж, дудки. Такой расклад Альбину не устраивал совершенно.

— Я, конечно, могла бы потолковать с ректором и пристроить тебя в наш институт, — продолжила Галина, — но, честно говоря, не вижу в этом никакого смысла. Учиться ты всё равно не будешь, а бегать от семестра к семестру по преподавателям и уговаривать их поставить зачет моей дочке-балбеске я не желаю. Остаётся только один вариант.

— И какой же? — спросила насупленная Альбина, обидевшись на "балбеску".

— Замуж тебя выдать, вот какой! — выпалила Галя, — и у меня уже даже есть кандидат на твою руку.

— Чего-чего? — вытаращила глаза девушка, — замуж? Не хочу я замуж! Я Пашку люблю, ты же знаешь! И замуж пойду только за него!

…Когда Альбине было пятнадцать лет, она обратила внимание на хулиганистого мальчишку с параллельного класса Пашку. Пашка, к несчастью многочисленных воздыхателей Альбины, ответил ей