«Не отрекаются, любя...»

Не отрекаются, любя.

Лабрус Елена (Алекс Чер)

Есть истории, что прилетают со шквальными ветрами. Их рассказывают деревья, в отчаянной страсти засыпая улицы сорванной листвой.

Есть мелодии, что приносят косые ливни. Их подхватывают крыши и разносят по городу стонущие трубы водостоков. 

Есть строки, что в исступлении шепчет студёная вода, набегая волнами на серую гальку.

Кажется, будто именно так они и рождаются, городские легенды, что рассказывают зимними вечерами, когда засыпают дети. От них мучительно замирает сердце, стынет в жилах кровь, текут слёзы и одна на другую лезут мурашки.

Они никогда не забываются.

Но эта началась с того, что по городу пролетел слух:  

 — Реверт вернулся!

Глава 1. Вера

— Ты слышала? — остановилась перед Верой подруга и оглянулась в бесконечном ряду строительного супермаркета, словно боясь, что их услышат. — Твой Реверт вернулся.

— Мой! — хмыкнула молодая женщина, уронив в корзину ещё один тяжеленный мешок строительной смеси. Быть ландшафтным дизайнером — значит быть каменщиком, плиточником-бетонщиком, плотником, садовником и психологом одновременно. А к стальным нервам в придачу иметь ещё и железные мышцы.

Но сейчас заныло в груди.

Вернулся, значит, гад! А говорил: «Ни за что. Никогда. Прости. Забудь».     

— Ну а чей! — не осталась в долгу Зойка. — Он как взял тебя за руку на утреннике в детском саду, так и стал твоим. Это весь город знает. А уж после всего, что между вами было, — закатила она глаза. — Твой. И тут уже ничего не поделаешь.

— Какой детский сад, Зоя? Я пришла в его школу в седьмом классе. И, как видишь, поделаешь. Я замужем. Не за ним. У меня сын, — обернулась она в сторону пятилетнего мальчишки, что бежал к ней, размахивая блестящим мастерком.

— Мама,  фмотли какая класивая лопаточка. Можно я мозьму?

— Возьми, милый, — поправила Вера взлохмаченные волосы сына, липшие к вспотевшему лбу, тёмные, как у отца. Заглянула в зелёные глаза, что тоже достались ему не от мамы. — Ванечка, говорить надо: С-с-смотр-р-ри. Кр-р-асивая. В-возьму.

Она тяжело вздохнула, глянула на часы, потом на гружёную тележку, пока её послушный мальчик повторял, старательно проговаривая согласные.