«Нестандартный сателлит»

Сергей Елис

Нестандартный сателлит

Господи, почему же так невыносимо чешется? Я вопрошал эти слова к желтоватому потолку с тысячью осыпающихся трещин вот уже целый час. Ответом мне был тихий шорох, падающей вниз хрустящей штукатурки и изредка скрип порядком проржавевшей кровати. Собственно, тому виной были мои неуклюжие попытки принять более удобное положение. Дополнительным фактором, не способствующим созданию хоть какого-то комфорта, была довольно низкая окружающая температура и удивительно высокая влажность. Вместе эти два компонента создавали потрясающе промозглую и зябкую атмосферу, буквально выбивая из меня остатки спокойствия и самоконтроля.

И если бы не, принятая мной накануне, доза нелицензированных транквилизаторов, то начинающаяся метаморфоза проходила бы гораздо болезненней. А так, вроде, нашел укромное местечко, оплатил минимальные услуги и всё, видоизменяйся себе на здоровье.

Хорошо еще, что моя палата одиночная, а то валялся бы сейчас в компании таких же, «достигших порога», и стонали бы все вместе в унисон. А так неприятно, да, можно сказать болезненно, но хоть сам по себе, не видит никто моих страданий. Хотя уверен, есть люди, которым в обществе гораздо «веселее». И поделиться своими мыслями можно, поныть, проще говоря, да и на других посмотреть, подумать, что вот может мне полегче, а того глянь, как скрючило.

В любом случае, наслушавшись советов от всех знакомых и друзей, а также «пережив» двухчасовую нотацию от родителей, я все еще ни капли не понимал, что происходит.

Пусть о метаморфозе трубили так же громогласно, как и о половом воспитании, но это всё оставалось словами и неправдоподобными лозунгами, мало общего имеющими с реальностью. То есть, конечно, да, всё было рассмотрено за почти столетие с момента появления альфа-вируса. Буквально расписано по полочкам. Что, почему, как, когда и тому подобное. Да только пока сам не «переродишься», ничего толком не поймешь. Так, по крайне мере, говорил один из моих учителей в старших классах Валентин Ионович, уважение, к которому у меня до сих пор сохранилось безмерное.

Так вот, похоже, и вторая стадия. Тело будто начинало сжиматься, проваливаясь само в себя. К сожалению, я не был творческой личностью и не мог поэтично и красиво описать, что со мной происходило. Да и момент про сжимающееся и проваливающееся в себя тело был мной заимствован из одного модного журнала, где приглашенная «звезда», физик по образованию, провел немного странную, на мой взгляд, аналогию с нейтронной звездой и человеческим организмом, проходящим определенные этапы трансформации.

Тем не менее, именно этот кусочек мне запомнился, и сейчас я ощущал, как близки были эти слова к действительности.

Ставшая невероятно тяжелой, кожа, словно, давила на мои внутренние органы, которые, в свою очередь, тоже прибавили в массе и, уплотняясь, сдвигались в центр, образуя невероятный пульсирующий комок плоти. Кости же, будто превратившись в титановые ажурные конструкции, создавали некий каркас для всего этого «великолепия».

Покрывало деперсонализации позволяло мне увидеть все это как бы со стороны, но продолжая сохранять неразрывную нить чувств и эмоций. Наверное, стоило бы сойти с ума, если не знать, что через этот процесс должен пройти любой человек. Хотя мне иногда кажется, что толика безумия остается во всех, кто преодолел метаморфозу. В итоге, получается грандиозная «шутка» — цивилизация, построенная на социуме душевнобольных. Я бы посмеялся, если бы не был одним из её представителей.

Мои физические и душевные терзания были прерваны на самом «интересном» месте. Адский скрип двери, и последовавшие за ним тяжеловесные шаги возвестили, что меня пришла проведать Анастасия Петровна.

Эта массивная и удивительно бестактная, хотя и добрая женщина была одной из медсестёр, что за довольно скромную плату должны были приглядывать за «меняющимися». Собственно, в её обязанности входила участливая беседа, если понадобится и редкие предложения сходить в туалет. Хотя как раз последнее представлялось в вытаскивании «утки» из-под кровати и громогласным вопросом, не хочу ли я по-маленькому или по-большому.

В этот раз всё обошлось простым осмотром моего трясущегося тела и хмыканием по поводу того, что за молодёжь пошла, уже и для метаморфозы в больницу бегут. А вот в её-то времена чуть ли не в поле все «превращались». И не жаловался никто.

Проведя напоследок мокрым полотенцем по моему лбу, Анастасия Петровна, горестно вздохнув, будто провожала кого-то в последний путь, закончила процедуру своего посещения и вскоре вновь оставила меня одного.

Почему-то эти нехитрые действия слегка подбодрили меня, и в какое-то мгновение я даже стал чувствовать себя гораздо лучше. Пока не подошёл черед завершающей стадии. Вот тут уж я в буквальном смысле света белого невзвидел. Больно было так, что хотелось потерять сознание, но, как обычно, организм решил всё совершенно по-другому.

Наверное, свою роль сыграл и довольно поздний возраст моей метаморфозы. Уж как двадцатый годок мне стукнул, а у всех обычно не позже 16–17 лет всё происходит. Хотя я читал, что бывают случаи и когда почти под тридцатник у людей только момент наступает. Но здесь уже чревато последствиями. Конечно, как полвека назад никто не умирает, но вот корёжит их страшно.

От таких мыслей мне стало ещё хуже, и я постарался ни о чём не думать, стараясь использовать медитационные практики по совету одного из интернет-гуру.

Получалось, прямо скажем, так себе. Видимо, сказывалось отсутствие должного опыта. Как-никак, я обычный русский человек. В Индиях этих ваших не бывал, дымом волшебным не окуривался, да и в позу лотоса складывался только в детстве, когда на йогу с мамой ходил. А тут такой экстрим!

Очистить свой разум и направить внутреннее течение в пустоту, созданную твоим собственным подсознанием. Да если вслух это предложение произнести уже шарики за ролики заедут. А тут тебя выворачивает наизнанку, причём внутри и снаружи, и еще мыслить следует как-то «правильно».

Тем временем, амплитуда «изменения» нарастала. В голове проносились обрывки вычитанных где-то научных статей о периодах адаптации и реконструкции на уровне ДНК. В большинстве своём все эти заумные массивы информации пролетали мимо, но, видимо, сейчас мозг работал в странном режиме и кое-какие вещи мне даже стали понятны.

Например, почему ничто уже не голосит о конце человечества, и все очень даже смирились с существующим положением. А еще каких-то лет 60–70 назад паника была, хоть стой, хоть падай. Об этом я знаю от своего деда-долгожителя. Он и сейчас живее всех живых. Выпала на долю вреднючего старикана трансформация в виде увеличения срока жизни. Правда, как это всегда бывает, не всё так просто. Везде есть свои минусы. И здесь альфа-вирус не позаботился о вечной молодости. То есть, стареет мой предок, как все, да только умирать отказывается. Вот такая причуда природы, если можно так сказать.

Но вернемся к нашим «баранам», а именно отношению к появлению, так называемого, сверхпаразита, которым в те времена именовали альфа-вирус. Насколько я помню из учебников истории, где-то в 1910–1912 годах его обнаружили в одном из африканских захоронений. Конечно, тогда никто не знал, что это и как оно работает.

Да, если быть откровенным, то первые слухи о необычной эпидемии поползли лишь спустя десятилетие. Быть может, правительства так хорошо умалчивали или медицинские службы не могли сопоставить очевидные факты. В любом случае, когда все очухались, «зараза» разнеслась почти по всему миру.

Несмотря на то, что в начале века транспорт между материками был развит слабо, но инкубационный период сверхпаразита был около 13–15 лет, и это существенно сказалось на его распространении.

Судите сами, тревожных симптомов нет, негативных эффектов тоже, ты даже в какой-то степени здоровее становишься, так как альфа-вирус вытесняет все другие носители враждебных микроорганизмов. Правда, расплата всё равно приходит. В виде метаморфозы. Естественно, в начале века никто и предположить не мог, что после неё можно выжить. Все считали, что это окончательная и бесповоротная смерть. Собирались врачебные консилиумы, светила науки спорили до хрипоты, но истина оказалась сложнее и одновременно проще, чем кто-либо думал.

И первый человек, который не только выжил, но и обрел некое подобие гиперспособностей, был Эмануэль Декант, простой французский фермер, кто, непонятно каким образом, умудрился еще написать об этом целую книгу.

Собственно, на основе этой автобиографии смогли найти корни некоего химического катализатора, с помощью которого можно было контролировать реакцию «изменения». Здесь уже начинаются научные дебри, но суть одна — конец света пока откладывается.

Правда, взамен целая планета получила кардинальную смену социального устройства, так что здесь без «волнений» не обошлось. Если перечислять одни только крупные конфликты, то не хватит и пары страниц, а уж о локальных и говорить не приходится. Тем не менее, спустя почти десяток лет кое-как всё устаканилось. Были введены новые нормы, приняты определённые законы, ну, и вообще попривыкли все к обновленному мироустройству.

И вот к середине столетия образовалась видоизмененная иерархическая система, в которой одним из важнейших дополнений была возможность сменить свой жизненный статус после прохождения метаморфозы.

Если раньше ваш жизненный путь в основном зависел от двух основных факторов:

Стартовые условия. Место рождения, генетика, родители (богатые, бедные, умные и т. д.) Личные качества. Талант в определенной области, «нужные» черты характера, стремление развиваться и т. п.